shkolageo.ru
добавить свой файл
1

Лама Тензин Докшит

Тибет умер – да здравствует Дхарма!


Размышления о прочитанном.


На это размышление меня подтолкнула книга «Тибет под властью коммунистического Китая -50 лет, изданная в 2001 г. в Дхарамсале. Не могу судить о достоверности приведенных в ней сведений, но она написана тибетцами о своей родной стране. Думаю, у них были все основания для написания и издания этой книги, как и вся необходимая информация. После прочтения возникает: первое – чувство негодования по поводу действий китайцев; второе – появляется легкое недоумение в поведении тибетцев, переходящее в жестокое разочарование.

Тибетские авторы утверждают, что Тибет был независимой, суверенной страной с 1913 по 1950 гг. и приводят в качестве аргументов невнятные документы о договорах и соглашениях между тибетским правительством и другими странами: Британской Индией, Ладакхом, Непалом, Монголией, Китаем. Но все эти документы не более, чем расписки двух полупьяных соседей по дачным участкам. Переписка с представителями разных держав – тоже не доказательство. Переписываться можно с кем угодно. Посещения страны путешественниками, миссионерами, членами военных и торговых экспедиций тоже не могут служить доказательством.

Государство должно иметь хотя бы карту собственных территорий с четко обозначенной границей. Карты с собственными границами тибетское правительство получило от англичан, - тибетцы не способны были самостоятельно определить их.

Государство должно самостоятельно решать все свои проблемы и не использовать для этого чужую военную силу. Далай-лама стал светским правителем «Тибета» благодаря поддержке монгольских сабель, и даже сам титул ему подарил монгольский хан. Тибетцы всегда использовали чужое оружие и силу для решения вопросов с соседними странами. Когда это было невозможно, они чаще всего терпели поражение. Не решив проблему военным способом, они начинали вести длинные и нудные переговоры, используя религиозный авторитет некоторых высших лам.


Государство должно иметь собственную валюту и систему налогообложения. Собственной валюты у Тибета не было до 1792г., вместо них использовались монеты Непала, на некоторых делались тибетские надписи (а бумажные тибетское правительство ввело только в 1890г.). По поводу налогов – тибетцам повезло с религией и климатическими условиями: религия призывала вести умеренный образ жизни и помогать другим, а с климатом в бедной стране и население бедное, - что с них брать. По утверждению многих путешественников, до сер. ХХ в. не было особых различий между богатыми и бедными тибетцами [см.: Тибет под властью коммунистического Китая – 50 лет, 2001:153]. И то, что тибетское правительство назначало правителей в какие-то местности (округа, провинции) и собирало налоги с населения, не говорит о системе налогообложения. Было бы достаточно трудно при отсутствии хороших дорог, связи и честности чиновников собрать налоги со всего населения. Налогами облагались жители больших городов и более мелких населенных пунктов, но как эффективно обложить налогом кочевников? Даже провести достоверную перепись населения и то в таких условиях почти невозможно.

Государство должно иметь собственные вооруженные силы и полицию для поддержания порядка и соблюдения законов. Все это существовало в Тибете даже не в зачаточном состоянии, а скорей в стихийно-спонтанном, как в любом государстве, власть в котором основана на авторитете правителя. Отсюда – постоянные интриги и заговоры, как среди членов правительства, так и богатых и влиятельных людей. Для военных и полицейских целей иногда (читай всегда) использовались монахи, и, кстати, монахи же чаще всего являлись и зачинщиками беспорядков.

На момент китайского вторжения в Тибет, собственно, что же было этим Тибетом? Две провинции – Амдо и Кхам – контролировались китайцами задолго до 1949г. Тибетская армия не могла оказать не одному из внешних врагов какого-либо серьезного отпора. Хотя иногда даже без помощи монголов и маньчжуров одерживала победы. В таком случае сказывался или большой численный перевес над противником, или приходили на помощь погодно-климатические условия, непривычные для противника. Обратим внимание на природную трусоватость тибетцев, и станет понятно, откуда у них столько генералов и героев. Генералов без армии, героев без подвигов. Нет, конечно, не все генералы были без армий, у некоторых был случай покомандовать, а у кого даже не один. Безрассудные люди встречаются не только среди тибетцев, правда, они у других народов не называются героями. Любого, даже самого трусливого, можно довести до состояния «берсерка». То же самое относится и к министрам без министерств.


Могут возникнуть подозрения, что я предвзято отношусь к моральным качествам тибетцев. Привожу «авторитетное мнение», опираясь на знаменитую книгу «Тибет: политическая история» цепона (секретаря по финансам) тибетского правительства в 1930-1950гг. В.Д. Шакабпы. Не буду приводить многочисленные цитаты из всей книги, коротко своими словами: Все высшее духовенство, включая всех далай-лам, при малейшей угрозе их личной безопасности – делало ноги, просто пускаясь в бега, благо – бегать, было где, иногда за границу: в Китай, Монголию, Индию. В случае каких-либо конфликтов, и внутри страны, и на ее границах, тибетское правительство или далай-лама, мотивируя свои действия заботой о народе, во избежание лишнего кровопролития, старалось заключить какое-либо мирное соглашение, пусть даже убыточное для страны. Не решить проблему, а спрятать ее под благопристойным мирным соглашением. Среди тибетских политиков едва ли найдется более двух-трех человек, которые бы отличались государственным умом и политической дальновидностью. Большинство политиков занималось не государственными делами, а интригами для получения богатства и власти. Из далай-лам только V и XIII оставили какой-либо заметный след в упомянутой злополучной политической истории Тибета.

Часто говорят и пишут о высоком уровне образования тибетских лам, об их духовной реализации, глубоком постижении Сутры и Тантры. Но один простой вопрос: а где эти ламы? Когда их страну оккупировали китайцы, англичане, сикхи, гуркхи и те же монголы, что делали эти ламы? Чему учили эти ламы своих монахов, когда строили интриги против таких же высокообразованных и духовно-реализованных лам, когда вели своих монахов на штурм чужих монастырей и захват чужих земель?

Для получения посвящения в простые монахи ничего не надо, разве что родственники принесут немного еды, одежды, денег. В известном тибетском афоризме утверждается следующее: «Если человек обладает знаниями, то путь к золотому трону Гадена (символизирующему высшее положение в иерархии школы Гелуг) открыт для него». Современная официальная тибетская историография вторит ему, заявляя, что тибетская монашеская система действительно обеспечивала широкую социальную мобильность: «Подавляющее большинство монахов… - это выходцы из простонародья, часто из заброшенных деревень Кхама и Амдо: это потому, что в монастырях предоставлялись равные возможности всем занять любое положение, в зависимости от учености». [Тибет под властью… 2001:154]. Однако, по словам Г.Ц. Цыбикова, посетившего Центральный Тибет в ходе экспедиции 1899-1901гг., для получения образования и ученой степени, весомость кошелька претендента, на образованность и ученость, имела отнюдь немаловажное влияние. «…Сколько бы образован ни был монах, он не получит ученой степени, пока не сделает пожертвований. Следовательно, добродетель и ученость измеряются там количеством пожертвований…» [Цыбиков 1991:18]. Таким образом, можно было получать ученые звания, ну а почетные титулы и звания можно было получить и бесплатно (будут дарованы) в зависимости от уровня реализации в искусстве интриг и заговоров.


«Монастыри осуществляли религиозные функции для государства, но в значительной большей степени были школами, университетами, центрами искусства, ремесел, медицины и культуры» [Тибет под властью… 2001:154], но, опять но – где те, кто окончил эти школы, университеты, центры искусства, ремесел, медицины и культуры? Чему учились студенты этих заведений, где использовались эти знания? И что реально можно сделать с этими знаниями? По свидетельству Г.Ц. Цыбикова, в Тибете строительством храмов и монастырей, их внутренним убранством занимались непальские мастера. Торговлей – китайцы, непальцы, кашмирцы [Цыбиков 1991:11-12]. Огородничеством – китайцы. Скотоводством – монголы.

В Тибете в н.XX в. был большой недостаток астрологов – репрессировали целый монастырь из-за сотрудничества с китайскими властями. В тоже время, тибетское правительство остро нуждалось в переводчиках с английского языка, и предпринимались две попытки открытия английских школ, но обе попытки закончились бойкотом со стороны монахов и их закрытием: монахи сочли эти школы угрозой буддийской вере и образованию. Имела место также нехватка медицинских специалистов и лекарств, как результат - малая продолжительность жизни и высокий уровень детской смертности. Несколько далай-лам умерло в младенчестве или скоропостижно от банальной простуды. А где хваленая тибетская медицина с тонким знанием «энергетики» человека? В свое время в Тибет приезжали два миссионера-капуцина, жили в Лхасе в 1707-1711 и 1716-1745гг., занимались медицинской практикой, причем именно медицинские знания были гарантией их безопасности. Тибетцы лечились у них, говорили спасибо, но веры не меняли. Монахи вновь протестовали против их деятельности, и в результате в отсутствии тибетских прозелитов лхаская католическая миссия была закрыта вместе с медицинским центром [Шакабпа 2003:158].

После внимательного прочтения книги цепона Шакабпы, многие заявления современных западных авторов о тибетцах, кажутся издевательством над здравым смыслом. Например, в своем введении к английскому переводу издания «Легенды о великой ступе Джарунхашор», К.Доуман [1997] пишет: «Тибетцы, что ныне беженцы в Индии, сохраняют живую традицию буддизма Ваджраяны. Их мировоззрение уникально в эпоху, когда влияние западного рационализма, проникая всюду, меняет жизнь людей… Та же умудренная опытом веков вера… сегодня дает тибетскому народу силу жить в душевном мире и удовлетворении, которые почти неизвестны обществу в промышленно развитых странах». В то время как западная наука дала человеку возможность разрабатывать и манипулировать материальным окружением для решения вечных проблем пропитания, жилища, одежды, культура Страны Снегов нацеливает человека «…на гармонизацию элементов его собственной личности, на переключение внутреннего сострадания, проистекающего из этой гармонии, на опыт внешнего бытия с простой чувственной заботливостью и спонтанным и непрерывным диалогом» [Доуман, 1997]. Но это – нацеливание без прицела. И единственное, что удалось выжать из этого внутреннего сострадания – это «чувственная заботливость» и постоянный, непрерывный приступ словесной диареи. Говорить, говорить, говорить – неважно с кем, неважно о чем. Есть история: одного старого еврея, молящегося у Стены Плача каждый день утром, в обед и вечером, спросили, о чем он просит Бога, и каков результат его молитв. И тот старый еврей отвечал: «Вы знаете, такое чувство, как будто я разговариваю со стеной». При всем своем глубинном взгляде и обширном видении-воззрении, тибетские ламы не поняли за полвека и до сих пор, что их переговоры – это тоже переговоры со стеной, с Великой Китайской Стеной.



Доуман продолжает: «Открытый ум, способный интуитивно разрешать парадоксы, освобождается от узкой колеи двойственного суждения… Критический интеллект усиливает эгоистический подход, а ритуальное многократное повторение текста нейтрализует его». Но мы видим, что огромное количество текстов, - священных текстов, не привело абсолютное большинство слушателей и читателей к желаемому результату – Пробуждению, пониманию окружающей реальности, не избавило от привычных стереотипов поведения и наивного взгляда на природу, не помогло обуздать духовные силы и гармонизировать бытие на благо всех. Какой смысл говорить о благе всех, если даже тем, кто рядом, не стало лучше? Может быть, как раз отсутствие критического взгляда и сказалось на гипертрофированном развитии эго.

Исключительно благодаря эгоизму, тибетцы не могут договориться между собой, не то что с другими народами, не обладающими столь же уникальным мировоззрением. Именно душевный мир и удовлетворение породили большое число психических заболеваний среди тибетцев, когда они столкнулись с другим, обыденным и материалистическим мировоззрением. Может быть, китайские коммунисты плохо разбираются в буддийской философии, но зато очень хорошо понимают принцип недвойственности – тибетцам и китайцам не ужиться на одной территории. Поэтому они планомерно уменьшают количество тибетцев и увеличивают количество китайцев. Мировоззрение, построенное на легендах – это мировоззрение построенное на пренебрежении к фактологии, а философия, описывающая различные видения, не может быть философией. «Наша жизнь – путешествие, идея – путеводитель. Нет путеводителя – и все останавливается. Цель утрачена, и сил как небывало» - эти слова В.Гюго как нельзя лучше говорят, чем должна быть философия, претендующая на то, чтобы зваться эффективной.

Во многих популярных книгах по буддизму говорится, что, практикуя Дхарму, человек становится бесстрашным, и, понимая все вещи такими, каковы они есть, становится способным быстро принимать правильные, верные решения, становится сострадательным ко всем живым существам и, не щадя собственной жизни, помогает другим. Во время тибетского восстания 1959г. отсутствие этих качеств у лидера тибетцев привело к его поражению. Да, он остался сострадательным, да, живым и соответственно – мудрым, поскольку сбежал подальше от бедствий собственного народа; да способным принимать быстрые решения, создав прямо по дороге в Индию свое «Правительство в изгнании». Потеряв страну и народ, он сохранил свой статус и свиту-правительство. Следом за ним ломанулись столь же сострадательные и мудрые, а из 6117 монастырей – еще по одному монаху, остальные не успели. «Человек, способный променять малую толику свободы на безопасность, недостоин ни того, ни другого» - так говорил один из Отцов-основателей сильнейшего на сегодняшний день государства – Б.Франклин.


В.Д.Шакабпа в заключении своей книги [2003:341] говорит о причинах, которые привели Тибет к государственному кризису:

1.Мир не знал об исторических основаниях независимости Тибета.

2.Мир не имел точного представления об истинном характере отношений « священник – покровитель» между сакъяскими ламами и монгольскими ханами, а позднее – между далай-ламами и маньчжурскими императорами.

3.Политика британского правительства Индии и маньчжурского двора Китая состояла в изоляции Тибета от остального мира, что давало Китаю возможность ложно изображать место Тибета среди других стран мира и мешать ему проявлять свою независимость.

4.После окончания Второй Мировой войны, соседняя Индия стала независимой от Британии, а Китай попал под власть коммунистов… Индия, следуя политике неприсоединения, стремилась подружиться с коммунистическим Китаем,.. что способствовало легкому началу оккупации Тибета Китаем в 1950г.

Если бегло взглянуть на мировую историю, то видно, что «миру», в общем-то, наплевать на знание исторических оснований чужой независимости. Страны с гораздо большими основаниями на нее, нежели те, что были у Тибета, теряли свою независимость, делились на части и исчезали с политической карты.

А относительно точного представления отношений «священник – покровитель», так для международного права это – вообще не аргумент, это даже под статью семейного права не подходит.

Жалоба на изоляцию со стороны Британской Индии и Китая выглядят тоже достаточно смешно, поскольку в изоляции, а вернее, в самоизоляции, виновно правительство Тибета и убеждение монашества в том, что общение с миром может повредить буддийской вере. Политику нейтралитета может осуществлять государство, которое может защищать и отстоять свой нейтралитет, к Тибету это не имеет отношения. Когда во время Второй Мировой войны к правительству Тибета обратились за разрешением провести с территории Британской Индии помощь Китаю, воевавшему с Японией, правительство отказало, может быть и из сострадания. Наверное, тибетцы не имеют аналога поговорки: «Не плюй в колодец – пригодится воды напиться». Когда коммунисты Китая шли на северо-запад, через территорию Тибета, правительство пресекло, или пыталось пресечь эту инфильтрацию, совершенно не подумав о последствиях.


Как может стремление подружиться одной страны с другой способствовать легкой оккупации Тибета? Если бы, несмотря на обширное воззрение, тибетское правительство позаботилось о безопасности государства, создав боеспособную армию и закупив современные виды вооружения, благо у правительства всегда был профицит бюджета, то какая дружба между другими странами способствовала бы легкому началу его оккупации?

Отсутствие преемственности в управлении государством, отсутствие Конституции и Уголовного кодекса, чехарда в управлении государством далай-лам и регентов, наследственность постов в правительстве, крайний эгоизм регентов, министров, генералов и монахов-чиновников, интригующих за власть – вот основные причины легкой оккупации. Многие пишут о хорошо организованной иерархии монашеских организаций, школ и традиций Тибета, но его политическая история изобилует фактами совершенно другого плана. Это – постоянные перевороты и заговоры, интриги как внутри школ, так и между школами, нарушение обетов как монахами, так и высшим духовенством, не исключая далай-лам. Разложение внутри религиозной системы не могло не сказаться на всем государстве: государство-то теократическое. Отсутствие централизованного управления монастырскими учреждениями, когда каждая традиция имела своего духовного главу, отражалось на государственной структуре, постоянно провоцировало неподчинение правительству отдельных провинций и округов, отсюда – постоянные восстания и саботаж, от отказа платить налоги до прямого неповиновения.

Отсутствие четкой организующей структуры, невозможной при постоянно сменяющихся «перевоплощениях», приводило к постоянному конфликту интересов между представителями различных тулку. Высшие иерархи вынуждены были постоянно заключать между собою какие-то соглашения, зная, что они будут нарушены сразу после их смерти, а то и раньше. Фактически, вековое сохранение такого положения – это свидетельство недееспособности центрального правительства Тибета, основанное на его нежелании изменить что-либо в сумбурности отношений различных традиций. Для интриганов такое положение является самым выгодным: рыбку хорошо ловить в мутной воде. Феодальный институт тулку – единственная причина, сохранявшая и поддерживавшая раздробленность государства.


Как можно было представителям других государств заключать с Тибетом какие-либо прочные соглашения и договоры, если сами тибетские министры и генералы, панчен-ламы и далай-ламы не могли договориться между собой? Недееспособность государства – недееспособность идеологии. Какой бы хорошей не была буддийская этика и мораль, люди всегда остаются людьми. И когда на смену пришла китайская коммунистическая идеология, идеология тибетского буддийского государства рухнула, забрызгав своими останками весь мир. Во многом благодаря поразительной живучести тибетцев, более ста тысяч проживают сейчас в Индии. В дырах и прорехах идеологий Европы, Америки и России укрепляется теперь тибетский буддизм.


Различные традиции тибетского буддизма проникают на поле российского менталитета, образуя то тут то там общины, и пытаются укорениться. Но от этого никому не становится лучше – ни соседям, ни полю в целом. Культурные растения нуждаются в уходе, а сорняки, как бы их не травили и уничтожали, растут то здесь то там, и, стоит хоть немного отвлечься или упустить время прополки, как они уже заняли все поле. На лугу растут разные травы и сено от этого только лучше, но от охапки сорняков откажется даже голодная корова, молока от нее не получить.

Посевы – это культура и за ней нужно ухаживать: поливать, пропалывать. Приезды «странствующих» тибетских учителей похожи на приезды нерадивого дачника на садовый участок: то к посадке не успел, то урожай убрать забыл. Все общины, возникшие на территории России за последние 15 лет, к нынешнему времени так и не смогли вырасти до нормальных размеров и превратиться в здоровые плодоносящие растения. Мало того, они всячески мешают друг другу, вместо того, чтобы помогать. Отсутствие общей деятельности, единой политики в отношениях с обществом и государством это копия ситуации в Тибете, - стремление к удельности и личным выгодам.

Фактически, прикрывательство своей недееспособности высокими религиозными принципами буддизма, только дискредитирует последний в глазах общественности. А ведь именно на благо всем должна быть направлена активная деятельность, как общины, так и отдельных ее членов. Однако, многие общины избегают и сторонятся общественной активности, ссылаясь на рекомендации своих «тибетских учителей». Не умаляя знаний отдельных тибетских учителей в области Сутры, Тантры и Винаи, хотелось бы спросить, а чему они могут научить – научить, как бросить свой народ, страну, научить предательству Дхармы, чему еще? Настоящий Учитель не бросает своих учеников, им это можно, ему нельзя.


Опираясь на тибетские священные тексты, можно узнать, как Учитель должен вести ученика по пути к Пробуждению. Куда может привести «учитель», который даже не знает имени своего ученика и видит его лишь мимолетно при раздаче «посвящений» и «благословений», и после этого никогда не встретит, не то что вспомнит?

Раздавая бумажки с текстами на «тибетском» языке, написанными русскими буквами, сопровожденными переводом, иногда очень плохим, сегодня пытаются заставить нормального русского человека стать «носителем тибетской культуры». И достаточное количество с виду вполне нормальных, но как будто больных на голову людей, тупо бубнят абракадабру на неизвестном языке, стараясь изобразить тибетскую речь. Многие из этих людей знают эту тарабарщину наизусть. Чем бы, как говорится, дитя не тешилось, лишь бы не употребляло наркотики… во времена, когда Дхарма приходила в другие страны, первым делом делался качественный перевод. Тибетцы не читают текстов во время ритуалов на санскрите, так почему русские должны читать по-тибетски? Читать на языке народа, который не употребляет собственного языка в собственной стране?

Тибетцы жалуются на потерю независимости, которой у них никогда не было. А если у них и есть желание ее получить, то история говорит о том, что за независимость надо платить кровью. Интересно, чью кровь тибетцы променяют на свою независимость на этот раз?


Колофон: Написано в саду «Виктория», который оказался «Елочкой», 26 мая 2006г. ламой Тензин Докшит (М.Санников)


Доуман К. Введение к английскому изданию «Легенды… [о великой ступе Джарунхашор]» / «Гаруда», 1997, №2 (7)

Тибет под властью коммунистического Китая – 50 лет. – Дхарамсала: Издание Департамента информации и международных отношений Центральной тибетской администрации, 2001, -158с.

Цыбиков Г.Ц. О Центральном Тибете / Цыбиков Г.Ц. Избранные труды в двух томах. Т. 2: О Центральном Тибете, Монголии и Бурятии. – Новосибирск: Наука, Сиб. Отделение. 1991,-232с.

Шакабпа В.Д. Тибет: политическая история. –СПб.: Нартанг, 2003,-428с.