shkolageo.ru 1 2 ... 34 35



«Я – не стерва!»

Предисловие


Дорогая читательница!

Как вы, вероятно, догадались, побудительным мотивом к сочинению и изданию этой книги явилось горячее желание Автора восстановить справедливость.

Множество наших сограждан и согражданок в течение последних времен имели возможность ознакомиться с ранее опубликованными опусами известных стервопоклонниц Стелы Стоцкой и ее приспешников.

Искусно маскируясь под тонких психологов и ловко используя прикид остроумных и просвещенных собеседниц, г-жи Стоцкая, Шацкая, Кронна и пр. и др. выдают себя ни много ни мало за профессиональных стервоведов высокой квалификации. Чем и сумели снискать к себе расположение значительной части женского русскоязычного населения нашей страны, владеющего искусством чтения по-печатному. И по-непечатному тоже, что весьма огорчает Автора – поборника чистоты родного языка.

Автор этой книжки, как и ее предшественницы на ниве разработки стервологии, собираясь обнародовать свое отношение к данному вопросу, прежде всего обратилась к словарям.

И, как ни удивительно, ничего экстраординарного не обнаружила.

В словаре Ожегова дано такое определение: стервенеть – приходить в крайнюю ярость, свирепеть. Стервец – подлый человек негодяй.

О стерве вообще ни слова!

У Даля – что-то о падали, падеже скота.

О наших прелестницах – ни слова.

Подумайте-ка сами, почему это в самых разнообразных словарях русского языка и специальных справочниках по зоологии, энтомологии, ихтиологии и орнитологии есть упоминания о самых разнообразных, в том числе редчайших живых обитателях нашей планеты? Например, о цепкохвостых опоссумах, кус-кусах, кенгуровых крысах, привидениевых палочниках и вырве бесхвостоголовой.

Вот про вырву написано в книжках, а стерве не посвящено ни единой строки даже в «Энциклопедии мифов и легенд»! Среди кентавров, птиц феникс, русалок, кикимор болотных, ундин речных и барабашек тоже не нашлось для стервы места.


Ох, неспроста это!

Однако что-то мельтешило в памяти, не давая Автору покоя. Где-то Автор встречал толкование этого несимпатичного слова на особый лад, и даже не толкование: разъяснение в ряду сходных (и фонетически, и филологически) терминов.

И – вот долгожданный результат копания в памяти! В свое время знаменитая, а ныне совершенно забытая книга известного в определенных кругах профессора Сальваторе Корво, а привычней – Доктора Корво, как именовали его и пациенты, и клиенты, и просто почитатели его учения и дарований.

Открываю изрядно обветшавший переплет. Читаю заглавие на титульном листе: «Духи, демоны и мерлиары. Опыт познания», сочинение Доктора Корво, Порто-дель-Мондо, год 1851. Перевод с италианского г-на Марцелли».

Вот, вот они искомые строки!

«Так же весьма примечателен своими повадками и своею поистине хищническою натурою род алчного духа, получившего прозвание sterben, что по-немецки означает смерть… Дух этот не знает ни добра, ни зла, и весьма известен своею безмерной ненасытностью. Вселившись в душу человека, он, усыпив жертву подобно Морфею, допреж всего пожирает в ней Богом данную способность к состраданию, сочувствованию и соумствованию с иными душами человеческим. А затем, пребывая в телесном обличии жертвы, сеет смерть и разрушения духовного свойства, завлекая, усыпляя и уподобляя себе иных жертв своих. Тем сходен сей дух с вампиром, но, в отличие от вурдалаков и прочей грубой нежити, не покушается на плоть и кровь, а творит свой разбой в мире невидимом… Сильный из сих злотворных духов способен распространить настоящее поветрие (эпидемию – прим. Автора), заражая, подобно тайному медлительному недугу, души не только людей, но даже и иных живых тварей, на коих, по хозяйскому положению своему, имеет влияние… …Утратив телесную возможность кромсать, терзать и обессиливать иные жертвы свои, но алча пищи, стерв принимается в бессильном голоде и жажде уничтожать собственные духовные члены, имеющие на ту пору тесное слияние и сращение с душой одержимого им человека…».*



*Сноска: орфография и пунктуация приведена Автором в соответствие с современными литературными нормами


Не слабо, да? Автор поздравляет авторов и издателей серии стервоведческих шедевров, о которых упоминалось в первой главе этой книжки! Весьма остроумно было сочинить, издать изрядным тиражом и продать книжки с, соответственно, такими броскими названиями: «Настольная книга СМЕРТИ». Или «Настольная книга АЛЧНОГО ДУХА»!

Посмотришь – то ли мистический роман, то ли очередной опус нынешних псевдомагов. Этакий рецептурный справочник сатанистки, научающий невинных дьяволопоклонниц секретам изготовления веселящего зелья из хвостов колумбийских болотных жаб, усов колорадского квакающего таракана и тухлых крокодильих яиц.

Армагеддон и мракобесие!

Понятно, почему в толковых словарях нашего родного языка это немецкое слово толкуется как «падаль», трупы животных. Слово sterben в немецком языке означает также и падёж скота.

В восемнадцатом – девятнадцатом веках в России в моде были зарубежные, в том числе – немецкие методы ведения сельского хозяйства. Видимо в те времена и попало это слово в словари именно в данном толковании.

Надо сказать, в словаре Даля, а тем более Ожегова и близко не встречается толкования терминов, обозначающих какие бы то ни было оккультные понятия. Проверьте! Например, нет там ни слов Тетраграмматон, Некрономикон, Инкантаментум, ни обозначений типа элементал, элементер, лярв и, тем паче, – курв (это не родительный, а именительный падеж сущ. мужского рода).

Об алчном духе, называемом «штербен», «стервен», «стерв», как и о духах, называемых «лярв» и «курв» (именно так – в мужском роде!) даже нынешние сатанисты ведать не ведают.

А вот привычное русское «стерва» известно всем, кроме разве что совсем юных пользователей памперсов.



следующая страница >>