shkolageo.ru 1 2 3 ... 19 20

ГЛАВА II


Проявление переживаемого исторического момента как геологиче­ского процесса. Эволюция видов живого вещества и эволюция био­сферы в ноосферу. Эта эволюция не может быть остановлена ходом всемирной истории человечества. Научная мысль и быт человече­ства как ее проявление.


14. Мы мысленно не сознаем еще вполне, жизненно не дела­ем еще всех следствий из того удивительного, небывалого време­ни, в которое человечество вступило в XX в. Мы живем на пере­ломе, в исключительно важную, по существу новую эпоху жизни человечества, его истории на нашей планете.

Впервые человек охватил своей жизнью, своей культурой всю верхнюю оболочку планеты – в общем, всю биосферу, всю свя­занную с жизнью область планеты.

Мы присутствуем и жизненно участвуем в создании в биосфе­ре нового геологического фактора, небывалого еще в ней по мощ­ности и по общности. Он научно установлен на протяжении последних 20 – 30 тысяч лет, но ясно проявляется со все ускоряю­щимся темпом в последнее тысячелетие.

Закончен после многих сотен тысяч лет неуклонных стихий­ных стремлений охват всей поверхности биосферы единым со­циальным видом животного царства – человеком. Нет на Земле уголка, для него недоступного. Нет пределов возможному его размножению. Научной мыслью и государственно организован­ной, ею направляемой техникой, своей жизнью человек создает в биосфере новую биогенную силу, направляющую его размноже­ние и создающую благоприятные условия для заселения им ча­стей биосферы, куда раньше не проникала его жизнь и местами даже какая бы то ни было жизнь.

Теоретически мы не видим предела его возможностям, если будем учитывать работу поколений; всякий геологический фак­тор проявляется в биосфере во всей своей силе только в работе поколений живых существ, в геологическое время. Но при быст­ро увеличивающейся точности научной работы – в данном слу­чае методики научного наблюдения – мы сейчас и в историче­ском времени можем ясно устанавливать и изучать рост этой новой, по существу нарождающейся геологической силы.


Человечество едино, и хотя в подавляющей массе это созна­ется, но это единство проявляется формами жизни, которые фактически его углубляют и укрепляют незаметно для человека, стихийно, в результате бессознательного к нему устремления. Жизнь человечества, при всей ее разнородности, стала неделимой, единой. Событие, происшедшее в захолустном уголке любой точ­ки любого континента или океана, отражается и имеет следст­вия – большие и малые – в ряде других мест, всюду на поверх­ности Земли. Телеграф, телефон, радио, аэропланы, аэростаты охватили весь земной шар. Сношения становятся все более про­стыми и быстрыми. Ежегодно организованность их увеличивает­ся, бурно растет.

Мы ясно видим, что это начало стихийного движения, при­родного явления, которое не может быть остановлено случайно­стями человеческой истории. Здесь впервые, может быть, так ярко проявляется связь исторических процессов с палеонтологи­ческой историей выявления Homo sapiens. Этот процесс – полно­го заселения биосферы человеком – обусловлен ходом истории научной мысли, неразрывно связан со скоростью сношений, с ус­пехами техники передвижения, с возможностью мгновенной пере­дачи мысли, ее одновременного обсуждения всюду на планете.

Борьба, которая идет с этим основным историческим течени­ем, заставляет и идейных противников фактически ему подчи­няться. Государственные образования, идейно не признающие равенства и единства всех людей, пытаются, не стесняясь в сред­ствах, остановить их стихийное проявление, но едва ли можно сомневаться, что эти утопические мечтания не смогут прочно осу­ществиться. Это неизбежно скажется с ходом времени, рано или поздно, так как создание ноосферы из биосферы есть природное явление, более глубокое и мощное в своей основе, чем человече­ская история. Оно требует проявления человечества, как единого целого. Это его неизбежная предпосылка.

Это новая стадия в истории планеты, которая не позволяет пользоваться для сравнения, без поправок, историческим ее прош­лым. Ибо эта стадия создает по существу новое в истории Земли, а не только в истории человечества.


Человек впервые реально понял, что он житель планеты и мо­жет – должен – мыслить и действовать в новом аспекте, не только в аспекте отдельной личности, семьи или рода, государств или их союзов, но и в планетном аспекте. Он, как и все живое, может мыслить и действовать в планетном аспекте только в об­ласти жизни – в биосфере, в определенной земной оболочке, с ко­торой он неразрывно, закономерно связан и уйти из которой он не может. Его существование есть ее функция. Он несет ее с со­бой всюду. И он ее неизбежно, закономерно, непрерывно изме­няет.

15. Одновременно с полным охватом человеком поверхности биосферы – полного им ее заселения, – тесно связанным с успе­хами научной мысли, т. е. с ее ходом во времени, в геологии создалось научное обобщение, которое научно, по-новому вскрывает характер переживаемого человечеством момента его истории.

По-новому вылилась в понимании геологов геологическая роль человечества. Правда, сознание геологического значения его со­циальной жизни в менее ясной форме высказывалось в истории научной мысли давно, много раньше. Но в начале нашего столе­тия независимо Ч. Шухерт (1858 – 1942) в Ныо-Хейвене11 и А. П. Павлов (1854 – 1929) в Москве12 учли геологически, по-новому, давно известное изменение, какое появление цивилизации человека вносит в окружающую природу, в Лик Земли. Они со­чли возможным принять такое проявление Homo sapiens за осно­ву для выделения новой геологической эры, наравне с тектониче­скими и орогеническими данными, которыми обычно такие деле­ния определяются.

Они правильно пытались на этом основании разделить плей­стоценовую эру, определив ее конец началом выявления челове­ка (последнюю сотню-другую тысяч лет – примерно несколько декамириад назад), и выделить в особую геологическую эру – психозойскую, по Шухерту, антропогенную – по Пав­лову.

В действительности Ч. Шухерт и А. П. Павлов углубили и уточнили, внесли в рамки установленных в геологии нашего вре­мени делений истории Земли вывод, который был сделан много раньше их и не противоречил эмпирической научной работе. Так, это ясно сознавалось одним из творцов современной геологии – Л. Агассисом (L. Agassiz, 1807 – 1873), исходившим из палеонто­логической истории жизни. Он уже в 1859 г. установил особую геологическую эру человека. Но Агассис опирался не на геологи­ческие факты, а в значительной мере на бытовое религиозное убеждение, столь сильное в эпоху естествознания до Дарвина; он исходил из особого положения человека в мироздании13.


Геология середины XIX в. и геология начала XX в. несравни­мы по своей мощности и научной обоснованности, и эра челове­ка Агассиса не может быть научно сравниваема с эрой Шухерта – Павлова.

Еще раньше, когда геология только слагалась и основные по­нятия ее еще не существовали, ярко выразил ту же геологиче­скую эру человека в конце XVIII столетия Ж. Бюффон (1707 – 1788). Он исходил из идей философии Просвещения – выдвигал значение разума в концепции Мира.

Резкое различие этих словесно одинаковых понятий ясно из того, что Агассис принимал геологическую длительность Мира, существование Земли в течение библейского времени – шести-семи тысяч лет, Бюффон мыслил о длительности больше 127 ты­сяч лет, Шухерт и Павлов – больше миллиарда лет.

16. В философии мы встречаемся уже давно с близкими пред­ставлениями, полученными другим путем, – не путем точного научного наблюдения и опыта, каким шли Ч. Шухерт, А.П. Пав­лов, Л. Агассис (и Д. Дана, знавший об обобщениях Агассиса), а путем философских исканий и интуиции.

Философское миропредставление в общем и в частностях соз­дает ту среду, в которой имеет место и развивается научная мысль. В определенной мере она ее обусловливает, сама меняясь [в результате] ее достижений.

Философы исходили из свободных, казалось им, в своем вы­ражении идей, исканий мятущейся человеческой мысли, челове­ческого сознания, не мирящихся с действительностью. Человек, однако, строил свой идеальный мир неизбежно в жестоких рам­ках окружающей его природы, среды своей жизни, биосферы, глубокой связи своей с которой, независимой от его воли, он не понимал и теперь не понимает.

В истории философской мысли мы находим уже за много сто­летий до нашей эры интуиции и построения, которые могут быть связаны с научными эмпирическими выводами, если мы перене­сем эти дошедшие до нас мысли – интуиции – в область реаль­ных научных фактов нашего времени. Корни их теряются в прошлом. Некоторые из философских исканий Индии много столетий назад – философии упанишад – могут быть так толкуемы, если их перенести в области науки XX столетия14.


Частью одновременно, но позже, аналогичные представления существовали в другой, меньшей, культурной области, в значи­тельной части времени уединенной от индийской, – в круге эл­линской средиземноморской цивилизации. Мы можем проследить их зачатки почти за две с половиной тысячи лет назад. В поли­тической и социальной мысли значение науки и ученых в руко­водстве полисом ясно проявилось в эллинской мысли и ярко ска­залось в концепции государства, данной Платоном (427 – 347).

Нельзя, по-видимому, отрицать, но состояние источников, в от­рывках до нас дошедших, не позволяет это и точно утверждать, что через Аристотеля (384 – 322) эти идеи были живы в элли­нистическую эпоху Александра Македонского (356 – 323), когда на несколько столетий после разрушения Персидского царства создался тесный обмен идей и знаний эллинской и индийской ци­вилизаций. В это же время установилась связь с ними и с хал­дейской научной мыслью, идущей вглубь на несколько тысячеле­тий от эллинской и индийской. История научной работы и мысли в эту знаменательную эпоху только начинает выясняться.

Мы лучше знаем влияние эллинских политических и социаль­ных идей. Их историческое влияние мы можем точно проследить в историческом процессе новой науки и цивилизации Европейско­го Запада, сменившей теократическую идейную структуру Сред­невековья. Реально и ясно мы видим их рост только в XVI – XVII вв. в представлениях и построениях Ф. Бэкона (1561 – 1626), ярко выдвинувшего идею власти человека над природой как цель новой науки.

В XVIII в., в 1780 г., Ж. Бюффон поставил проявление конт­роля природы человеком в рамки истории планеты не как идеал, а как возможное для наблюдения природное явление. Он исходил из гипотетических построений прошлого планеты, связанных с философской интуицией и теорией, а не из точно наблюденных фактов, но он их искал. Его идеи охватили философскую и поли­тическую мысль и, несомненно, оказали свое влияние на ход на­учной мысли. Из них нередко исходили геологи конца XVIII – начала XIX в. в своей текущей научной работе.


17. Научные построения Шухерта и Павлова и всей той на­учной работы, которая им – в значительной мере бессознатель­но – предшествовала, по существу отличны от этих философских построений, несомненно, однако (можно это исторически устано­вить), не оставшихся без влияния на ход геологической мысли, но не могших дать ей прочную опору.

Из обобщений Шухерта и Павлова ясно, что основное влия­ние мысли человека как геологического фактора выявляется в научном ее проявлении: она главным образом строит и направ­ляет техническую работу человечества, переделывающую био­сферу.

Оба указанных геолога могли сделать свое обобщение прежде всего потому, что человек в их время смог заселить всю планету. Кроме него, ни один организм, кроме микроскопических видов организмов и, может быть, некоторых травянистых растений, не охватил в заселении планеты таких ее площадей. Но человек сде­лал это другим путем. Он научно мыслил и трудом изменил био­сферу, приспособил ее к себе и сам создал условия проявления свойственной ему биогеохимической энергии размножения. Такое заселение всей планеты стало ясным к началу XX в. Можно счи­тать, что оно около первой его четверти стало фактом и укреп­ляется с каждым годом все более и более на наших глазах. Оно стало возможным только благодаря резкому изменению бытовых условий, связанных с новой идеологией, с резким изменением задач государственной жизни, с ростом научной техники, совершив­шихся к тому же самому времени.

Как правильно отметил И. Ортега-и-Гасет15, XIX в. в Европе и во всем мире со второй его половины явился историческим периодом, где значение жизненных интересов народных масс ре­ально и идеологически, в их сознании и в сознании государст­венных людей, впервые во всемирной истории выступило на пер­вое место. Впервые это резко проявилось в быту. Впервые новая идеология опирается на сознание народных масс, выступающих как социальная сила на исторической арене. Она начинает охва­тывать быстро растущим темпом все человечество – всяк язык без исключения.


Она скажется в своем реальном значении только с ходом вре­мени.

Социально-политический идейный переворот ярко выявился в XX столетии в основной своей части благодаря научной работе, благодаря научному определению и выяснению социальных за­дач человечества и форм его организации.

18. В многотысячелетней исторической трагедии, для масс на­селения полной крови, страданий, преступлений, нищеты, тяже­лых условий жизни, которые мы называем всемирной историей, многократно возникал вопрос о лучшем устройстве жизни и о способах, которыми можно этого достигнуть. Человек не мирился с условиями своей жизни.

Выход исканий разно решался, и в истории человечества мы видим многочисленные (а сколько их исчезло бесследно!) иска­ния – философские, религиозные, художественные и научные. Тысячелетия во всех уголках, где существует человеческое об­щество, они создавались и создаются.

Всемирная история человечества переживалась и представ­лялась для значительной части людей, а местами и временами для большинства, полной страданий, зла, убийств, голода и нище­ты, являлась неразрешимой загадкой с человеческой точки зрения разумности и добра. В общем, бесчисленные философские попыт­ки в течение тысячелетий не привели к единому объяснению.

Все так полученные решения в конце концов переносят и пе­реносили вопрос в другую плоскость – из области жестокой ре­альности в область идеальных представлений. Найдены бесчис­ленные в разных формах религиозно-философские решения, ко­торые на деле связаны с представлением о бессмертии личности, в той или иной форме в прямом смысле этого слова, или в буду­щем ее воскресении в новых условиях, где не будет зла, страда­ний и бедствий, или где они будут распределены справедливо. Наиболее глубоким является представление о метампсихозе, ре­шающее вопрос не с точки зрения человека, но с точки зрения всего живого вещества. Оно до сих пор еще, возникши несколько тысячелетий назад, живо и ярко для многих сотен миллионов людей. И ни в чем, может быть, не противоречит современным научным представлениям. Ход научной мысли нигде с выводами из этого представления не сталкивается. Все эти представле­ния – при всей их далекости иногда от точного научного зна­ния – являются могущественным социальным фактором на про­тяжении тысячелетий, резко отражающимся на процессе эволю­ции биосферы в ноосферу, но далеко не являющимся при этом решающим или сколько-нибудь выделяющимся от других факто­ров ее создания. В этом аспекте в течение десятков тысяч лет они иногда играли главную роль, иногда терялись среди других, выходили на второй план, могли быть оставляемы без внимания.

19. Ибо тот же исторический процесс всемирной истории отражается в окружающей человека природе другим путем. К нему можно и нужно подойти чисто научно, оставляя в сторо­не всякие представления, не вытекающие из научных фактов.

К такому изучению всемирной истории человечества подходят сейчас археологи, геологи и биологи, оставляя без рассмотрения все тысячелетние представления философии и религии, с ними не считаясь, создавая новое научное понимание исторического процесса жизни человека. Геологи, углубляясь в историю нашей планеты, в постплиоценовое время, в ледниковую эпоху, собрали огромное количество научных фактов, выявляющих отражение жизни человеческих обществ – в конце концов цивилизованного человечества – на геологические процессы нашей планеты, в сущности биосферы. Без их оценки с точки зрения добра и зла, не касаясь этической или философской стороны, научная работа, научная мысль констатируют новый факт первостепенного геоло­гического значения в истории планеты. Этот факт заключается в выявлении создаваемой историческим процессом новой


<< предыдущая страница   следующая страница >>