shkolageo.ru 1 2 ... 7 8

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК


ИНСТИТУТ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ И КАНАДЫ


ПРОБЛЕМА РАСПРОСТРАНЕНИЯ ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ


В ЕВРОПЕ

В НАЧАЛЕ XXI
ВЕКА

(Аналитический доклад)


(Введение – В.И. Есин, Глава 1 – В.И. Есин (при участии В.А. Мазинга и В.И. Батюка), Глава 2 – В.И. Батюк, Глава 3 – В.И. Есин, Заключение – В.И. Есин)



Москва


2003



ПРОБЛЕМА РАСПРОСТРАНЕНИЯ ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ

В ЕВРОПЕ
В НАЧАЛЕ XXI ВЕКА


(Аналитический доклад)


СОДЕРЖАНИЕ

Введение.

1. Распространение ядерного оружия как угроза международной безопасности в начале XXI века.

1.1. Определение и контекст режима нераспространения ядерного оружия.

1.2. Вызовы режиму нераспространения ядерного оружия.

1.3. Эволюция системы международных отношений и нераспространение ядерного оружия.

1.4. Распространение ядерного оружия и международный терроризм.

1.5. Место проблемы распространения ядерного оружия в системе европейской безопасности.

2. Западная Европа и проблема ядерной безопасности.

2.1. Ядерное оружие в Западной Европе.

2.2. Подходы западноевропейских стран к конверсии высокообогащенного урана и оружейного плутония.

2.3. Западная Европа и проблема нераспространения ядерного оружия.

3. Перспективы взаимодействия России и западноевропейских стран по снижению и нейтрализации угрозы распространения ядерного оружия.

3.1. Политика России в области ядерного нераспространения.

3.2. Перспективы взаимодействия России и западноевропейских стран по снижению угрозы распространения ядерного оружия.

3.3. Сотрудничество России и западноевропейских стран по нейтрализации угроз, связанных с распространением ядерного оружия.

Заключение (выводы и рекомендации).


Введение.

Режим ядерного нераспространения, несмотря на сложности, противоречия и не исчезающие до конца угрозы его существованию, стал составной частью системы международных отношений и одним из краеугольных камней правовой инфраструктуры международной безопасности. После окончания "холодной войны" наибольшую опасность для существования режима ядерного нераспространения стала представлять проблема, обусловленная распространением ядерного оружия (ЯО). Особую остроту этой проблеме придали события 11 сентября 2001 г. в Нью-Йорке и Вашингтоне, которые явились наглядной демонстрацией угрозы, исходящей со стороны международного терроризма. Вне всякого сомнения, попадание в руки террористов ЯО и других видов оружия массового уничтожения (ОМУ) привело бы не только к значительному росту этой угрозы, но и при определенных обстоятельствах могло бы разрушить всю сложившуюся систему международной безопасности. Допустить этого нельзя. Международное сообщество, если оно хочет выжить и прогрессивно развиваться, обречено на принятие адекватных нарастающей угрозе мер по укреплению режима ядерного нераспространения, исключению попадания ЯО и других видов ОМУ в руки террористических и других экстремистских организаций (групп).

Нельзя сказать, что такие не меры принимаются. Каждые пять лет собирается Конференция по рассмотрению действия Договора о нераспространении ядерного оружия (КР ДНЯО)1 и почти каждый год – Подготовительный комитет (ПК) по подготовке очередной КР ДНЯО, которые обсуждают и принимают различные решения, касающиеся укрепления режима ядерного нераспространения, а также недопущения попадания ЯО и ядерных материалов (ЯМ) к террористам и другим экстремистским организациям. На постоянной основе работает Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ)2. Многие государства укрепляют свои режимы экспортного контроля (ЭК), а также системы физической защиты, учета и контроля ядерных материалов (ФЗУКЯМ). Однако новые вызовы требуют наращивания усилий по укреплению режима ядерного нераспространения и предотвращению доступа террористов и других экстремистов к ЯО и ЯМ.

Вместе с тем, как свидетельствуют реалии сегодняшнего дня, далеко не все западноевропейские страны осознают возросшие угрозы, связанные с распространением ЯО и предпринимаемыми террористами и другими экстремистами попытками завладеть ЯО или ЯМ. Однако в Западной Европе наблюдается определенная заторможенность в поиске адекватных ответов на них, что чревато негативными последствиями для системы европейской безопасности и, в целом, международной безопасности.

Исходя из вышеизложенного, представляется назревшей потребность проанализировать, как распространение ЯО сказывается на международной безопасности, определить в чем состоит существо проблемы ядерной безопасности для Западной Европы, оценить перспективы взаимодействия России и западноевропейских стран по снижению и нейтрализации угрозы распространения ЯО и подготовить рекомендации, реализация которых способствовала бы укреплению режима ядерного нераспространения и предотвращению доступа террористов и других экстремистов к ЯО и ЯМ.

Именно в этом заключена цель аналитического доклада, который подготовлен в Центре трансатлантической безопасности Института США и Канады РАН. При его подготовке использовались открытые отечественные и зарубежные источники информации, в том числе доступные в сети Интернет. На наиболее важные из них сделаны ссылки по тексту доклада.


1. Распространение ядерного оружия как угроза
международной безопасности в начале XXI века.


Ядерная эра началась в 1945 году, когда США стали первым государством, которое испытало ЯО, и первым же (и единственным) государством, которое его применило, сбросив ядерные бомбы на Хиросиму и Нагасаки. С неизбежностью за США последовал СССР, испытавший первое ядерное взрывное устройство (ЯВУ) в 1949 году. В 1952 году ЯО было создано в Великобритании, в 1960 году во Франции и в 1964 году в Китае. После этого казалось, что мир пойдет по пути распространения ЯО, как это традиционно случалось со всеми новыми видами оружия. К счастью для человечества, это произошло не сразу. Осознав пагубные последствия, к которым неминуемо бы привело дальнейшее распространение ЯО, международное сообщество к 1968 году выработало своего рода компромисс – Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО)3, в соответствии с которым только пять государств4, обладавших ЯО к моменту заключения Договора, сохраняли право им владеть, в то время как остальные государства добровольно отказывались от этого права. При этом государства-участники ДНЯО взяли на себя обязательства по нераспространению ЯО:


"Статья I. Каждое из государств-участников настоящего Договора, обладающих ЯО, обязуется не передавать кому бы то ни было ЯО и другие ЯВУ, а также контроль над таким оружием или взрывными устройствами ни прямо, ни косвенно; равно как никоим образом не помогать, не поощрять и не побуждать какое-либо государство, не обладающее ЯО, к производству или к приобретению каким-либо иным способом ЯО или других ЯВУ, а также контроля над таким оружием или взрывными устройствами.

Статья II. Каждое из государств-участников настоящего Договора, не обладающих ЯО, обязуется не принимать передачи от кого бы то ни было ЯО или других ЯВУ, а также контроля над таким оружием или взрывными устройствами ни прямо, ни косвенно; не производить и не приобретать каким-либо иным способом ЯО или ЯВУ, равно как и не добиваться и не принимать какой-либо помощи в производстве ЯО или других ЯВУ".

В последующем, помимо МАГАТЭ, были образованы и другие международные механизмы режима ядерного нераспространения, которые будут рассмотрены в подразделе 1.1 доклада.


    1. Определение и контекст режима нераспространения ЯО5.

Интуитивно смысл понятия нераспространения ЯО очевиден – речь идет о мерах, препятствующих распространению ЯО и обеспечивающих неизменность решения стран, отказавшихся от его приобретения. Вместе с тем этот режим настолько сложен, что одного лишь институционного определения недостаточно. Требуется не только более строгое определение, но и понимание контекста, в котором режим нераспространения ЯО существует, а именно – его связь с режимами, относящимися к нераспространению других видов ОМУ и к сокращению вооружений.

Режим нераспространения ЯО представляет собой совокупность международных договоренностей и организаций с участием как ЯОГ, так и НЯОГ, а также внутренних законодательств государств – участников ДНЯО, целью которых является предотвращение приобретения ядерного статуса государствами, которые не имели его до 1 января 1967 г.


Предметом режима нераспространения являются все ЯВУ (поскольку при выработке ДНЯО было признано принципиально невозможным различить ЯВУ, используемые в военных и мирных целях, хотя обычно речь идет именно об ЯО), а также материалы, оборудование и технологии, предназначенные для их изготовления.

Механизм режима нераспространения состоит в регулировании поведения государств-участников ДНЯО, включая сохранение безъядерного статуса участников, которые не обладали ЯО до 1 января 1967 г.; в непередаче ЯВУ, материалов, оборудования и технологий, предназначенных для их создания и производства, государствам, имеющим неядерный статус, не участвующим в режиме нераспространения или намеренным его нарушить; в отказе НЯОГ от получения какими-либо способами таких материалов, оборудования и технологий, а равно и ЯВУ; в проведении переговоров между ЯОГ – участниками режима нераспространения по ликвидации ЯО.

Приведенное выше определение режима нераспространения ЯО включает ряд существенных моментов, которые требуют отдельного рассмотрения.

Во-первых, этот режим закреплен в целом ряде имеющих различный статус взаимосвязанных международных договоров и соглашений, центральное место среди которых занимает ДНЯО. Наряду с ним существуют другие важные соглашения, такие, как Устав МАГАТЭ и конвенции, заключенные под эгидой этого Агентства.

К системе договоров и соглашений, связанных непосредственно с режимом ядерного нераспространения, примыкает комплекс договоров и соглашений в области ликвидации, сокращения и неразмещения ЯО, в том числе двухсторонние советско (российско) - американские договоры о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, об ограничении и сокращении стратегических наступательных вооружений (стратегических наступательных потенциалов), многосторонние соглашения о неразмещении оружия в Антарктике, на Луне и других небесных телах, на дне морей и океанов, а также договоры о запрещении испытаний ЯО. С режимом нераспространения напрямую связаны и договоры о создании безъядерных зон.


Во-вторых, режим ядерного нераспространения является институционно развитым, то есть включает в себя значительное количество организаций и других форм регулярного взаимодействия участников. Так, частью этого режима стало МАГАТЭ, которому приданы ключевые функции по обеспечению действенности ДНЯО, в том числе по определению того, какие материалы и деятельность участников подлежат контролю, и по осуществлению контроля на местах за деятельностью как ЯОГ, так и НЯОГ –участников.

Частью режима нераспространения являются и два международных механизма, формально в него не входящие, но играющие ключевую роль в выработке совместных действий наиболее развитых государств (то есть тех, которым есть что передавать потенциальным нарушителям режима ядерного нераспространения) в области ЭК. Это Комитет ядерных экспортеров, известный как Комитет Зангера6, а также Группа ядерных поставщиков (ГЯП)7.

Плотная сеть разнообразных институтов ядерного нераспространения, связывающих участников режима ядерного нераспространения, укрепляет его стабильность и способность своевременно реагировать на изменения ситуации, вырабатывая меры по повышению эффективности.

В-третьих, частью режима ядерного нераспространения является связанное с ним внутреннее законодательство каждого государства-участника, особенно тех из них, кто располагает высокоразвитой атомной промышленностью. Здесь речь идет о законодательстве, касающемся учета и контроля за расщепляющимися материалами и ЯВУ, а также системы ЭК, препятствующей легальному и контрабандному вывозу подлежащих контролю предметов за рубеж. Национальное законодательство в этой области основывается на системе гарантий, разрабатываемых МАГАТЭ, а также документах Комитета Зангера и ГЯП. Вместе с тем каждая страна по-своему преломляет в своей юридической практике эти документы, иногда устанавливая даже более жесткие ограничения, чем требуют международные документы, а также сама решает вопросы их воплощения в жизнь.


В-четвертых, ЯО является частью более широкого понятия ОМУ, в которое входят также химическое и биологическое оружие. Отличительной чертой всех видов ОМУ является способность к широкомасштабному неизбирательному уничтожению людей. ЯО привлекает более пристальное внимание в связи с его наиболее разрушительным характером, способностью уничтожить не только людей, но и объекты, материальные ценности, а также крайне тяжелым долгосрочным воздействием на окружающую среду. В связи с этим именно ему уделяется особое внимание в разоруженческой деятельности, и не случайно, что именно с ним связан первый и наиболее развитый режим нераспространения.

Вместе с тем в отношении химического и биологического оружия международное общество предпочло прямой путь – запрещения и ликвидации этих видов ОМУ. Конвенция о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и его уничтожении (КХО) была заключена в 1993 году и вступила в силу в 1997 году. Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсического оружия и об их уничтожении (КБО) была заключена в 1972 году и вступила в силу в 1975 году. Однако КБО, в отличии от КХО, пока не имеет механизма контроля, что ощутимо снижает её эффективность. С 1994 года в Женеве ведутся заседания Спецгруппы государств-участников КБО для подготовки протокола по контролю. Достигнутый в согласовании этого протокола прогресс был в значительной мере обесценен тем, что в июле 2001 г. США отказались от поддержки так называемого "проекта председателя", то есть практически согласованного текста.


    1. Вызовы режиму нераспространения ЯО.

При том, что в течение последних десятилетий режим ядерного нераспространения сыграл ключевую роль в обеспечении международной безопасности, следует отчетливо осознавать, что успокаиваться было бы крайне опрометчиво, поскольку его сохранение отнюдь не гарантировано. В последнее десятилетие XX века количество вызовов стабильности режима нераспространения ЯО увеличилось.


Так, после распада Советского Союза в конце 1991 г. потребовалось срочно решать вопрос о судьбе советского ядерного арсенала, который оказался разбросанным на территории нескольких новых независимых государств (ННГ). При этом вплоть до конца 1994 г. Украина вынашивала намерение не только сохранить контроль над доставшейся ей частью советского ядерного арсенала, но и стать ядерной державой. Лишь жесткий нажим со стороны США "подвигнул" тогдашнее руководство Украины отказаться от этого намерения. Политические и экономические преобразования в России вместе со значительным сокращением ядерного арсенала потребовали внесения изменений в систему защиты и учета расщепляющихся материалов, а также в систему ЭК. В 1993-1994 годах возник кризис вокруг КНДР, которая объявила о намерении выйти из ДНЯО. Этот кризис с трудом удалось уладить, заключив 21 октября 1994 г. между США и КНДР Рамочное соглашение, однако в конце 2002 г. он вновь вспыхнул, поскольку участниками Рамочного соглашения не были соблюдены взятые по нему обязательства. В 1998 году Индия и Пакистан провели серию ядерных испытаний и де-факто стали государствами, имеющими ЯО.

Перечень вызовов можно было бы продолжить, указав, к примеру, на отсутствие прогресса в переговорном процессе ЯОГ по сокращению их ядерных арсеналов (ни Великобритания, ни Франция, ни Китай так и не подключились к этому процессу), но главное – возник целый ряд дестабилизирующих факторов, преодолеть которые оказалось не просто. В значительной мере это обусловлено тем, что исчезла дисциплина "холодной войны", ситуация противостояния и одновременно сотрудничества двух сверхдержав (США и СССР), которые могли достаточно жестко контролировать поведение многих государств мира. Некоторые были их союзниками, другие опасались вызвать совместный гнев двух наиболее мощных государств мира.

Применительно к настоящему времени, основные причины возникновения вызовов режиму нераспространения ЯО и возрастания его уязвимости можно свести к следующим пяти:


  • противоречивый, переходный характер системы международных отношений, включая ослабление международно-правовых регуляторов применения силы и обеспечения безопасности государств, прежде всего ООН; связанное с этим сохранение и даже усиление тенденций к разрешению международных конфликтов, противоречий и разногласий с использованием военной силы;

  • возрастание разрыва между большинством государств мира и группой наиболее продвинутых в военно-техническом отношении стран, ведущее к более "свободному" применению силы со стороны последних и создающее стимулы для первых стремиться к приобретению ЯО как средства сдерживания;

  • технический прогресс, способствующий преодолению разрыва между государствами, способными и неспособными к созданию собственного ЯО, и связанное с этим начавшееся снижение эффективности системы ЭК;

  • относительное повышение роли ЯО в политике безопасности ряда ЯОГ, включая Россию;

  • появление негосударственных действующих лиц, таких, как политические или религиозные экстремистские организации (движения) и террористические группы, стремящихся приобрести ЯО и другие виды ОМУ, контроль за деятельностью которых затруднен; связанное с этим возрастание незаконного оборота ядерных материалов (НОЯМ).




    1. Эволюция системы международных отношений и нераспространение ЯО.

Окончание "холодной войны" привело к размыванию жесткой биполярной структуры мира (включавшей не менее четко определенную группу неприсоединившихся стран) и повышению числа степеней свободы индивидуальных государств, не вошедших в "американскую группу" (НАТО и другие союзники США), при принятии ими решений в области внешней и военной политики. А последовавшая вслед за этим и пока еще далекая от завершения трансформация международных отношений привела, как отмечено в Концепции национальной безопасности РФ, к "возобладанию двух взаимоисключающих тенденций"8 – к формированию многополярного мира и к миру однополярному.


Создавшаяся в мире ситуация неопределенности открывает неприсоединившимся странам новые возможности и стимулы для приобретения ЯО, которые раньше не существовали или были выражены слабее, чем сегодня. Способствует этому и снижение роли Совета Безопасности ООН (СБ ООН) в использовании военной силы. Серия больших и малых конфликтов, на пресечение которых не испрашивалось прямого согласия СБ ООН (война против Югославии весной 1999 г. и война против Ирака в 2003 г. были лишь наиболее крупными акциями среди ряда аналогичных вооруженных конфликтов), воспринята многими государствами как свидетельство того, что международное право и международные институты не могут обеспечить их безопасности.

При оценке воздействия эволюции системы международных отношений на режим ядерного нераспространения важно иметь в виду, что этот режим является пусть и ключевым, но все же лишь инструментом обеспечения международной безопасности. Размывание других международно-правовых механизмов обеспечения безопасности неизбежно влияет и на эффективность режима ядерного нераспространения. Сам по себе, в одиночестве, он не способен обеспечить безопасность даже самого мощного государства.

Существенным фактором также является быстрая эволюция обычных вооружений, резко возрастающий "отрыв по качеству", продемонстрированный США и в меньшей степени их союзниками в серии войн и конфликтов 1990-х годов. При этом резкое снижение людских потерь нападающей стороны (например, до нуля на Балканах в 1999 году) делает применение военной силы в будущем еще более вероятным. Страны, которые опасаются, что против них может быть применена по тому или иному поводу сила, вынуждены идти на непосильное для них бремя наращивания и модернизации вооруженных сил. В этих условиях может показаться более привлекательным – и даже, возможно, более доступным по цене – ЯО, не говоря уже о химическом и биологическом оружии.

Нельзя также игнорировать и тот факт, что вышеуказанные процессы развиваются на фоне ускоряющегося технического прогресса, который делает ЯО технологически более доступным. Частично эта проблема решается за счет дальнейшего ужесточения экспортных ограничений, включая расширение списка товаров и технологий, подпадающих под ЭК, а также усиления системы гарантий МАГАТЭ по отслеживанию мирной ядерной деятельности. И все же нет уверенности в том, что даже более строгий контроль позволит надежно перекрыть возможные секретные программы.


При том, что эффективность ЭК можно и должно повышать, не следует забывать о том, что в первую очередь необходимо обращать внимание на устранение стимулов для приобретения ЯО с тем, чтобы по крайней мере сократить до минимума число стран, которые хотели бы его приобрести или продать.

Налицо и противоречия в осуществлении режима ядерного нераспространения. Так, США согласились построить легководную АЭС в КНДР в обмен на отказ от ее выхода из ДНЯО, постановку имеющегося тяжеловодного реактора под гарантии МАГАТЭ и закрытие его в будущем. Одновременно США резко возражают против российско-иранского контракта по сооружению аналогичной легководной АЭС в Бушере. Вне всякого сомнения, здесь наличествует двойной стандарт, и недовольство России действиями США обоснованно. С американской же точки зрения все иначе: без компромисса с КНДР дело обстояло бы еще хуже, в то время как иранскую программу можно было бы просто закрыть. Даже то, что АЭС в Бушере находится под гарантиями МАГАТЭ, США не останавливает.

Вне зависимости от обоснований, отсутствие последовательности в применении условий режима ядерного нераспространения нарушает логику его юридических положений и подрывает эффективность. Международное право основано на принципе суверенного равенства государств, потому, например, неправомерно снисходительно относиться к ядерной программе одной страны и с предельной жесткостью к другой стране. Такого рода внутренние противоречия рано или поздно проявят себя в негативном плане.

Наконец, существует группа стран, технологический и экономический потенциал которых делает любые ограничения на экспорт бессмысленными. Так, Япония, Германия или же Швейцария способны быстро создать ЯО сами, не прибегая ни к ничьей помощи. Немалый потенциал для этого имеется у Бразилии и Аргентины. Пример ЮАР, Израиля, Индии и Пакистана показывает, что непреодолимых препятствий на пути создания ЯО не существует. С учетом этого строгость и единообразие применения всех норм режима ядерного нераспространения всеми странами приобретает особое значение. Двойные стандарты лишь способствуют возрастанию рисков и вызовов устойчивости режима ядерного нераспространения, а поэтому они должны быть исключены из практики международных отношений.



    1. Распространение ЯО и международный терроризм.

В конце XX - начале XXI века "на поле игры" ядерного распространения вышли новые действующие лица – негосударственные организации, такие, как радикальные политические движения, религиозные секты и террористические группы. Они зачастую располагают значительными финансовыми и материальными средствами и вместе с тем не подвергаются воздействию многих факторов, которые ограничивают политику государств.

С государствами, даже с противниками режима ядерного нераспространения, иметь дело проще, поскольку их действия предсказуемы. С ними можно вести переговоры и достигать договоренностей; их правительства должны учитывать внутренние потребности, такие, как экономическое развитие и социальные программы, то есть им зачастую непросто отвлечь ресурсы на программы создания ЯО или других видов ОМУ; они вынуждены учитывать мнение и позицию соседей; в крайнем случае, если не удается дипломатическими средствами остановить их программы создания ОМУ, можно по решению СБ ООН применить политические и экономические санкции, а то и воздействовать угрозой применения силы. Наконец, в случае возникновения вооруженного конфликта им можно угрожать сокрушительным ответным ударом на попытки применения ОМУ: местонахождение любой такой страны хорошо известно, и уже в этом состоит их принципиальное отличие от любых террористических и экстремистских групп.

Все перечисленные методы воздействия неприменимы для обуздания международного терроризма, который для достижения своих целей стремится к обладанию ЯО и ЯМ, а также другими видами ОМУ. Для этого организации типа "Аль Кайды" бен Ладена или "Аум Синрикё" имеют возможность привлекать промышленные и научные ресурсы одновременно в нескольких странах, делая свои подпольные программы менее заметными.

Проблема ядерного терроризма или шире – терроризма с использованием ОМУ (супертерроризм) даже больше, чем любая другая проблема ядерного нераспространения, носит наднациональный, трансграничный характер. Поэтому для достижения успеха в этом деле необходимы совместные действия всех государств по его пресечению. В рамках такого сотрудничества государствам прежде всего следует:


  • принимать предусмотренные законодательством меры по предотвращению приготовления на их территориях актов супертерроризма, включая принятие мер для запрещения на их территории незаконной деятельности лиц, групп и организаций, которые поощряют, подстрекают, организуют или участвуют в совершении актов терроризма;

  • обмениваться информацией в целях предотвращения супертерроризма. В условиях зарождения и роста возможностей, в том числе и финансовых, супертерроризма антитеррористические действия с использованием традиционных политических методов теряют эффективность и резко возрастает значимость упреждающего обмена разведывательной информацией. Понятно, что обмен такой информацией должен быть строго конфиденциальным, в том числе и для того, чтобы она не попала в распоряжение террористических организаций;

  • сообщать о результатах расследований другим вовлеченным государствам в случае совершения актов супертерроризма или задержания преступников, подозреваемых в подготовке таких актов.


1.5. Место проблемы распространения ЯО в системе европейской безопасности.

Проблема распространения ЯО, тесно взаимосвязанная с международным терроризмом, непосредственно затрагивает и оказывает деструктивное влияние на систему европейской безопасности, и обусловлено это следующими факторами:

во-первых, европейские страны расположены в непосредственной близости от нестабильных и взрывоопасных регионов Ближнего Востока, Северной Африки, Центральной и Южной Азии, а три государства данных регионов – Израиль, Индия и Пакистан – де-факто уже имеют ЯО. В случае, если в этих регионах тенденция к распространению ЯО будет нарастать, а предпосылки к этому налицо, то нельзя исключать, что национальные интересы ведущих европейских стран будут поставлены под угрозу, тем более, что уже сейчас такие страны как Иран, Ливия, Сирия обладают химическим и биологическим оружием, а у Ирака оно имелось до последнего времени9. Помимо этого, ряд государств Центральной и Южной Азии (Иран, Индия, Пакистан) осуществляют амбициозные ракетные программы и некоторые типы создаваемых ракет (например, иранская ракета "Шахаб-4") уже способны достичь территории ряда европейских стран;


во-вторых, большинство европейских стран является активными участниками системы международных отношений и они не могут самоизолироваться от происходящих на мировой арене процессов, в том числе связанных с распространением ЯО и попытками террористов и других экстремистов стать обладателями ЯО, ЯМ и других компонентов ОМУ;

в-третьих, на территории Западной Европы расположены два ЯОГ – Великобритания и Франция, которым еще предстоит определиться с ядерной стратегией, отвечающей новым реалиям международной обстановки (как представляется, этим ядерным державам следовало бы незамедлительно присоединиться к процессу переговоров по сокращению и ликвидации ЯО, ведущихся между Россией и США). От того, какое решение будет принято этими ЯОГ, во многом зависит вектор дальнейшего развития системы европейской безопасности;

в-четвертых, на территории Западной Европы размещено американское тактическое ЯО (авиационные ядерные бомбы), которое многие западноевропейские политики продолжают рассматривать как необходимый элемент стратегической "смычки" между единственной в мире сверхдержавой и ее европейскими союзниками. Однако, если присутствие американского ЯО в Европе рассматривать в увязке с построением новой системы европейской безопасности, отвечающей современным реалиям, то представляется, что это оружие должно быть возвращено в США;

в-пятых, являясь одним из наиболее высокоразвитых регионов планеты, Европа располагает множеством технологий "двойного назначения", которые представляют большой интерес как для стран, которые хотят создать свое ЯО, так и для террористических и других экстремистских организаций (групп), стремящихся обзавестись ЯО и другими видами ОМУ. Следует также принимать во внимание наличие на территории европейских стран огромного количества как производственных, так и исследовательских ядерных реакторов, а также ракетных, военно-морских и авиационных баз с развернутыми на них носителями ЯО и складами ядерных боеприпасов (ЯБП). Эти объекты представляют повышенную опасность и являются заманчивыми целями для совершения актов супертерроризма;


в-шестых, проблема нераспространения ЯО для западноевропейских стран неразрывно связана с их диалогом с Россией по обеспечению европейской безопасности, в том числе в увязке с российским тактическим ЯО, размещенного на европейской части России, и с сотрудничеством с Россией в создании общеевропейской системы противоракетной обороны (ПРО).

Все это позволяет утверждать, что имеющие место проблемы в сохранении и развитии режима ядерного нераспространения, сокращения и ликвидации ЯО будут оказывать непосредственное воздействие на формирование новой системы европейской безопасности, а поэтому необходимы согласованные усилия всех европейских стран для поиска путей и способов разрешения и урегулирования этих проблем.



следующая страница >>