shkolageo.ru 1 2 3

Петровское, сентябрь 2010г.


В.И.ШАПКИН

Политехническая агония

12 июля 2010 года решением Министерства культуры РФ директором Политехнического музея (ПМ) назначен Борис Георгиевич Салтыков. От занимаемой должности директора ПМ освобождён Гурген Григорьевич Григорян. Эта дата является Рубиконом, за которым процесс разрушения музейно-технической культуры под эгидой государства стал необратимым - её гибель является закономерным эволюционным исходом нынешней системы государственного управления.

Я оставляю в стороне фундаментальные причины этого распада. Они детально рассмотрены в нашей работе (В.И.Шапкин. Россия. Социум и музейно-техническая культура: национальные реалии. "Вестник Музея Радио", Москва, 2007г., том 1, с.132- 143.), и я буду вынужден приводить здесь цитирование из этого источника, что бы не утомлять читателей повторным приведением доказательных фактов - заинтересованные могут обратиться к первоисточнику по приведённой выше библиографии.

Цит.: "В государстве нет собственных современных научных и производственных технологий, их запас со времени СССР исчерпан. Политическая, религиозная и межэтническая агрессии в обществе продолжают нарастать, и сдерживаются не общекультурными, а силовыми методами. Какая либо объединяющая национальная идея в классическом виде отсутствует, ... на уровне власти она не декларирована". Далее: "Сегодня уже не имеет смысла говорить о путях полноценной модернизации России, о её адаптации к современным политико-экономическим и культурологическим требованиям мировой цивилизации. Историческое время для этого утеряно". Напоминаю, это 2007 год. До призывов к модернизации. До Роснано и Сколково.

Что такое Политехнический музей сегодня? Как он возник, как шла его эволюция? На каком основании мы придаём ему фундаментальное национальное значение? По каким причинам он является контрольным эталоном для характеристики государственной музейно-технической политики? Почему, наконец, личностная смена руководства в данный исторический момент имеет знаковый общественно-национальный характер?


ПМ ведёт своё происхождение от Первой политехнической выставки ремёсел и техники, состоявшейся в Москве в 1872 году. Выставка далеко не случайно была приурочена к 200-летию со дня рождения Петра I, до настоящего времени остающегося человеком №1 в табеле исторических политических рангов за всю 700-летнюю историю российской государственности. Её инициаторами были научные звёзды России (и мировой науки) - П.Н.Яблочков, А.Г.Столетов, П.Н.Лебедев и др. Она организована и профинансирована купеческим и промышленным капиталом, причём как отечественным, так и иностранным. Выставка проходила под патронатом власти - в ней организационно и финансово участвовали представители царской фамилии. Такое общенациональное единение было уникальным явлением в истории России: все - народ, бизнес (торговый, промышленный и финансовый капитал) и власть стали вместе на путь национально- государственного прогресса, путь науки, техники и технологий. К 1917 году ПМ сложился как ведущий национальный институт в области передовой научно-технической мысли и современной технологии, как в промышленности, так и в сельском хозяйстве.

Большевики, насильственно захватив государственную власть, мгновенно стали использовать ПМ не только как кузницу передовых научно-технических идей, но добавили в него идеологическую составляющую - пропаганду социалистических идей и концепций в науке и технике. ПМ поднялся на новый государственный уровень, стал настоящим государственным инструментом власти. Таким он оставался до распада СССР в 1991 году.

Если говорить об основополагающих музейных функциях ПМ, т.е. как хранителя памятников национальной научно-технической культуры, то они были резко заужены. Практически, кроме методических предложений и инструкций, в ПМ не было сколько-нибудь значимой музейно-исторической научной деятельности. Тем не менее, благодаря никогда не прекращавшейся коллекционной работе в ПМ были сформированы уникальные технические собрания и коллекции. Специальным решением Правительства СССР в ПМ передавались бесплатно все образцы новых технических устройств и модели новых технологических процессов. Каждое ведомство и министерство были обязаны выполнять это решение в директивном порядке.


Но, цитирую: "Несмотря на значительный объём фонда, сформированного до 1990 года, музей не имел и не имеет профильной технической направленности, концептуально не может представлять историю какого либо вида современной техники в достаточном объёме, и в лучшем случае выполняет задачи введения в технику субъектов местного школьного образования".

Крушение СССР поставило перед новой правящей властью задачу - что делать с ПМ? Общество "Знание", которое управляло музеем с помощью идеологических органов КПСС и финансировало его (в формальном отношении ПМ, выполняя государственные задачи, не был государственным учреждением по собственности, он являлся собственностью общественной организации - уникальное явление для СССР!), было ликвидировано. ПМ остался как есть, т.е. беспощадно брошенным в омут хаотичных рыночных отношений. Г.Г.Григорян, тогда новый директор ПМ, сумел организовать общественное мнение в пользу музея, и Б.Н.Ельцин под сильнейшим давлением, конечно, инициируемым политическими противниками, был вынужден подписать Указ об объявлении ряда объектов музейной культуры национально значимыми и взять их под государственную защиту. ПМ единственный технический музей, который вошёл в список национальных объектов. Историческая заслуга Г.Г.Григоряна в том, что он сумел сохранить ПМ, обеспечил удовлетворительную сохранность всего музейного фонда. Хищения предметов из фондов, пожары и наводнения имели место, но они были намного меньше, чем в других музеях общенациональной значимости.

Однако, этот вопрос разрешился паллиативно. ПМ из самостоятельного технического состояния перешёл под команду Министерства культуры. Тогда Г.Г.Григорян концептуально не придал этому стратегического значения. Действительно, он больше руководствовался неотложной текущей задачей - спасти ПМ. Но мог ли он тогда поставить вопрос перед руководством страны о подчинении ПМ не Минкульту, а Минпромторгу, или мощнейшей структуре - РАН, что для ПМ являлось наиболее выигрышным вариантом? Мог, и был обязан, если бы он смотрел вперёд, в будущее! Сейчас, уже в отставке, спрашивать об этом Гургена Григорьевича неловко, но уже тогда многим, например и мне, как организатору первого в СССР частного музея - Музея Радио, была ясна глубокая ошибка в стратегии развития ПМ, хотя тактический выигрыш в смысле получения бюджетного финансирования был очевиден.


Почему ошибка? Элементарный технико-экономический анализ показывает, что когда (образно) на трактор СХТЗ НАТИ усаживают высоко культурную и томно-красивую девушку Ксюшу, то в итоге мы всегда получаем изломанный до утильного состояния трактор и перепаханную вдоль и поперёк безголосую фабричную девицу. Это абсолютно несовместимые вещи. Был в нашей национальной истории только один человек, который сумел посадить на железный конь толстую молочную деву, и в итоге получил индустриализацию и коллективизацию с высоким уровнем механизации сельскохозяйственных работ, с всеобщим народным кинематографическим культурным одобрением союза тракториста и свинарки. Это И.В.Сталин. Следующий после Петра I по рангу государственный деятель. Пока такие лидеры в новой России не выявились, и уже не появятся никогда.

Второй стратегической и имеющей похоронное значение ошибкой Г.Г.Григоряна было лишение старейшей и крупнейшей в СССР и новой России Центральной Политехнической библиотеки (ЦПБ) статуса самостоятельности. Её сделали придатком ПМ, превратив её общегосударственный статус в положение библиотеки ординарного учрежденческого профиля. Тем самым поставили её дальнейшее существование под угрозу концептуального порядка. Сегодня никто даже не обратил внимания на то, что с потерей ПМ автоматически будет ликвидирована ЦПБ. А это уже не просто политехнический мертвец, это конец вообще всякого научно-технического образования - без этой библиотеки никакое полноценное техническое обучение в России немыслимо.

Да, ПМ получил выигрыш в финансировании, распоряжаясь средствами и кадровым ресурсом бывшей государственной библиотеки (формально её собственником в СССР было общество "Знание"). Он получил возможность использовать до того недоступные ему площади, в том числе использовать их ресурс под субаренду. И что? На моей памяти свежи события, как сотрудники восприняли это волевое решение Минкульта. С подачи Г.Г.Григоряна. Был стон и вой всех сотрудниц - куда сильнее, чем знаменитый плач Ярославны в известном древнейшем произведении.


Плавно с конца 90-х годов прошлого века ПМ стал превращаться в захудалое музейное шоу провинциального уровня. ПМ не имел никакой концептуальной основы своего бытия - в этом абсолютно прав новый директор ПМ, коллекционный фонд формировался стихийно, без какой либо осмысленной политики, научная работа не велась - всего были выпущены несколько томиков с фотографиями красивеньких памятников науки и техники, не имеющих даже каталожного значения. ПМ замкнулся в себе и замыкал всех на себя, хотя новым техническим музеям с частной и корпоративной собственностью на коллекционные фонды были крайне необходимы его методические разработки и рекомендации. Вместо этого мы получали пространные семантические упражнения директора и приближённых к нему очень учёных сотрудников без степеней (см. сетования и обиды Г.Г Григоряна по кандидатам наук в его интервью) - точно такие же, как в легендарном документе по концепции ПМ, переданном новому директору г-ну Б.Г.Салтыкову. Который весьма многозначительно изрёк - я эти бумаги на русском языке читать не собираюсь, а поскольку перевода на аглицкий язык нет, то вы, т.е. коллектив ПМ вместе с бывшим директором от участия в конкурсе на выработку новой концепции музея ценой 300 000 долларов USA отстраняетесь. Ну, как? Простенько и с великим административно-чиновничьим вкусом!

Национальный Музей Радио, с 2005 года крупнейший радиотехнический музей России, обратился к ПМ с предложением сделать совместную работу с обоюдным финансированием по истории бытового Радио СССР. Привлекая ПМ к нашей работе, мы исходили из того, что работы такого фундаментального характера не должны иметь монопольное происхождение - не привлечь к работе ПМ для нас было коллегиальным музейным нонсенсом. И что? Последовал отказ. А ведь наш музей уже к этому времени получил широкую международную известность классом своих научных исследований и монографий. Более того, наши фонды только по частному разделу - бытовое Радио СССР - намного превосходят и качественно, и количественно фонды ПМ! Это не считая того, что с нами готовы и всегда сотрудничают частные коллекционеры России и других стран, предоставляя свои коллекционные собрания (М.Д.Тришкин, Н.А.Кретов, В.И.Лебедев, Россия; В.Г.Вотинов, И.Г.Бабич, С.А.Бульба, Украина; музеи и частные коллекционеры Германии (Технический музей), США( I.Bobel) и др.)


Вместо взаимного музейного сотрудничества ПМ предлагает нам участие в международных фондах и организациях с сомнительными музейными задачами, в которых нет нашего национального интереса. В уставных документах этих фондов и организаций есть только мало дифференцируемые пожелания типа "а что?, а зачем?". И сбор финансовых средств, как обязательное условие вступления. У нас нет никакой необходимости в таком сотрудничестве, мы посещаем аналогичные музеи и частных коллекционеров за рубежом для обмена опытом - только за истекший год наши директора по управлению Н.С.Белов и по фондам Д.Н.Гурьянов были в Австрии, Германии, Чехии, Болгарии, приглашали к себе коллекционеров из США и т.д.

Не извинительной ошибкой музейной политики ПМ явился абсолютный перекос в сторону эстрадного шоу. Да, давление чиновников из Минкульта, как финансовых распределителей велико, но почему ПМ внятно им не объяснил, что научно-техническое воспитание (а это прямая обязанность любого технического музея) никоим образом не детерминируется только шоу показом? Я про легендарные музейные ночи с пивными посетителями здесь упоминать не буду - по этому весёлому антикультурному ночному алкашеству с криками "швыдче, швыдче!" есть соответствующая статья в сети на нашем сайте. Не существует в мире научно-технических музеев, обеспечивающих покрытие финансовых средств на своё существование. Это неоспоримый факт. Это было, это есть и будет всегда, пока существует специфичная техническая музейная практика.

Цит: "По уровню финансирования в сравнении с федеральными музеями в культурно- эстетической сфере (Эрмитаж, Музей изобразительных искусств, Третьяковская галерея) Политехнический музей поставлен государственной системой управления на место технического изгоя".

Общая финансовая политика Правительства РФ по экономии средств и прекращения невыгодных в финансовом смысле проектов, а музейные всегда находились в их числе, обусловила негативное отношение к ним. Крайним оказался ПМ, как абсолютно чужеродный паразит для министерского культурного тела. Вот где проявилась та первоначальная ошибка в администрировании ПМ. А ведь на её исправление было отпущено более чем 15 лет! Почему не была выбрана административная ориентация на науку и индустриальные предприятия всего бизнеса? Как государственного, так и частного. Ведь именно они являются нашими источниками и нашими составными частями. Ну, не эстрадные же ночные лоснящиеся девки с культурного подиума! Для науки и индустрии жизненно необходима кадровая основа научно-технического воспитания и образования! Почему мы должны давать эти элементарные разъяснения Г.Г.Григоряну, доктору технических наук, специалисту по сталям и их обработке, профессору одного из ведущих технологических вузов страны? Он же не экономист и управленец, как Б.Г.Салтыков!


Из вышеприведённого понятно, что никакая внятная концепция создания современного научно-технического музея, отвечающая даже сегодняшнему дню, не говоря о стратегической национальной перспективе, в стенах ПМ и Минкульта не выработана и не могла быть выработана принципиально.

Более того, в тактике ПМ из-за недостатка текущего финансирования за основу была принята субарендная политика сдачи и без того дефицитных площадей музея. Изобретения Г.Г.Григоряна здесь нет - для своего физического выживания так делали многие учреждения науки и постсоветские производственные предприятия. Но с общим знаковым итогом для всех - захвата субарендаторами того, что было. Всякими путями, включая криминальные. И здесь ПМ глупо наивно попал на крючок. В комплекс ПМ неожиданно вселилась некая организация "Роснано" во главе с тем, сами знаете кем. План нового дружочка был примитивен и прост - взять весь комплекс зданий ПМ и то, что осталось в этом квартале под свой контроль. С устроением на этом месте солидной наноконторы. Если с прочими разговор короток - берите деньги, пока дают и вымётывайтесь туда, куда пожелаете сами, то ПМ это не простая организационная кукла, это объект национальной значимости. Да что там говорить - в процессе размышления о месте здания для Правительства России (ныне известном как "Белый дом") в ЦК КПСС и Правительстве СССР рассматривался вопрос о строительстве комплекса на месте квартала, где находился ПМ! Слава Богу (учтите, я атеист, а к Нему обратился!), что в ЦК КПСС сидели далеко не бурбулисы, а в Правительстве СССР были учёные, инженеры и технологи - не завлабы гайдары. И этот вопрос был решён в пользу Политехнического музея!

А теперь всё административно просто. На крючок для ПМ была насажена некая финансовая наживка и он (ПМ) её заглотил. На наживке было начертано - безвозмездная финансовая помощь для ПМ. И мгновенно была подкинута некая спасительная идея - вы, политехнические инженеры и библиотекари, себя исчерпали, стены руинированы, потолок над легендарной аудиторией упадёт с минуты на минуту, в подвалах хранилищ вода, сверху пожары (я лично оказался тут очень кстати со статьёй "Политехнический пожар" в 2004 году - кто бы мог подумать? - благие предостережения и дела иногда имеют негативные продолжения!) и пр. И общее резюме: вам тут находится чрезвычайно опасно, и мы вас культурно переселим за МКАД в железный ангар и там, в тепле и сухоте, будете ждать окончания ремонтных работ по комплексу зданий Политеха. В которое после ремонта, а это стало очевидным всем, даже деятелям культуры из легендарного министерства, он никогда обратно не въедет.


Такая светлая (от обилия света и чистого деревенского воздуха за МКАД) перспектива в ПМ показалась чёрной. И неудивительно. Центральный музей связи им. А.С.Попова (ЦМС) закрыли на ремонт (кстати, там вопрос об обратном вселении вообще не возникал - кесарю было строго обещано обратное тронное возвращение) и эти работы продолжались более 20-ти (!!!) лет. Аккурат точно за всё время существования новой России. За этот период переселения - внутри города, не в дачную местность, была утеряна и повреждена без перспективы реставрационного восстановления треть (!!!) всего коллекционного фонда!

А что такое ЦМС по сравнению с Политехом? Не обижайтесь, горячо и, поверьте, искренно любимые нами радиосвязные музейные коллеги, но по сравнению с фондами ПМ вы выглядите как самый крохотный лилипутик с далеко не самым большим Гуливером! А библиотека ПМ? Это два музейных и библиотечных национальных Титана! С другой стороны, кто стоит во главе могущественной организации "Роснано"? Сам неумолимый и бескомпромиссный Анатолий Борисович Чубайс! О том, что стоит за его обещаниями и делами ясно даже младенцу. Это приватизация и ваучеры в прошлом, это Саяно-Шушенская ГЭС в настоящем. Остальные менее величественные дела между этими рубежными. Вот его великое наследие! Арифметические знаки, уважаемые интернет-читатели, к этому наследству вы выставите куда лучше меня.

В предвкушении такого исхода реакция ПМ, всех, начиная от директора Г.Г.Григоряна и заканчивая бедной пенсионной наблюдательной старушкой из зала, была однозначной - нет, нет и ещё тысячу раз нет. Совершенно неквалифицированно-стихийное сопротивление ПМ было быстро и очень эффективно раздавлено. Просто назначен новый директор - Борис Георгиевич Салтыков. При существующей феодальной системе государственного и вообще всякого управления в России этого вполне достаточно. После того, а не до того (опять минус даже тактического мышления ПМ) под руководством бывшего директора у группы заинтересованных сотрудников возникла свободолюбивая идея - обратиться за помощью к общественности. Цит.: "Коллектив считает необходимым обратиться к руководству страны с просьбой вмешаться в процесс принятия решения о будущем Политехнического музея с целью поставить вопрос сохранения Музея, имеющего статус объекта культуры национального значения, под общественный контроль". И далее, цит.: "Сотрудники музея просят обозначить степень вмешательства в его деятельность коллектива РОСНАНО - организации, которая с прошлого года (! - знак наш) поддерживает музей. Коллектив считает недопустимым вмешательство фонда РОСНАНО в деятельность Музея и его размещение в здании Музея".


Здесь мне, прежде чем продолжать основное летописное повествование о судьбе ПМ и ЦПБ (историю болезни и агональный патологоанатомический финал), следует дать всем (а не только музейным коллегам) совет по оптимальному поведению. Политехнические мышата запустили в свою норку рыжего электрического нанокота (организацию "Роснано"), беззаветно поверив его обещаниям атомно-молекулярного (нано) размера. Помните всегда, когда вам кто-то даёт денежку, даже отменённую российскую копеечку, не думайте, что это просто так, из божественного альтруизма. Национальный Музей Радио (НМР) существует и развивается успешно до сих пор только потому, что никогда за так ничего не брал. И об этом я напоминаю своим управленцам днём и ночью, ведущими соответствующую работу с Правительством РФ по созданию НМР с государственным участием. А вот ПМ просто так и безответно эту малость взял, а ответил всем, что имел.

Всё. Тому ПМ и его бывшему руководителю выкопана глубокая холодная яма. И в этих земельных работах участвовали своей прежней деятельностью руководящий коллектив ПМ. Крест над ней пока не установлен, поскольку появился новый руководитель. А кто такой Б.Г.Салтыков с нашей научной и музейно-исторической точки зрения? Рассмотрим вехи его послужного списка.

Б.Г.Салтыков (по опубликованным материалам в сети) родился 12 декабря 1940 года в Москве. Он старше меня на три года, и посему я буду, как старшего по возрасту, описывать с неким почтением, выбирая выражения - старших надо уважать, это я по опыту общения в сети, там меня не называют, а всячески разно обзывают. Мне это не нравится, и это не мой стиль. Итак. Окончил МИФИ в 1964 году. Я лично отношусь к выпускникам МИФИ хорошо, но их учение больше по верхам, чем по низам - у них нет конкретного мышления, как, например, у выпускников МВТУ, к коим я имею честь принадлежать. Учился в аспирантуре, но не защитил кандидатскую диссертацию. Почему? После такой аспирантской учёбы он начинает работать в ЦЭМИ АН СССР, где научное исследование проблем экономики сочеталось с привлечением математических моделей. Затем работал также в научной экономике, и его последняя должность в СССР экономико-прогнозная, замдиректора Аналитического центра АН СССР по проблемам социально-экономического и научно-технического развития. Стал кандидатом экономических наук только в 1972 году. О содержании и качестве диссертации я промолчу, поскольку упрекать кандидата любых наук в научном незнании нельзя - большинство из них все такие. Наука в СССР начиналась только с написанием докторских диссертаций, но далеко не всегда, и далеко не у всех. Кроме того, здесь подчеркну, что наука это прогноз. И только. Когда в научных работах прогноза нет, или он ложен, это псевдоучёное шарлатанство. Таковой была вся экономическая наука в СССР. В своих прогнозах она радикально ошиблась, как с существованием СССР, так и с теоретическими закономерностями построения и экономической практикой в новой России. Политически последовательно он пионер, член ВЛКСМ, КПСС, дем ВыбоРос, НДР, ЕР, хотя политика в официальной биографии опущена. При всяких, но вождях, одним словом.


Б.Г.Салтыков, вместе с упомянутыми А.Б.Чубайсом и многими псевдоучёными и завлабами (все выражения не мои, а тех, кого уж ныне нет), составлял элиту государственной власти России тогда и во многом сегодня. Б.Г.Салтыков был вице- премьером, министром науки и технической политики РФ пять лет (1991-1996гг). За всё, чем он руководил, он несёт персональную национальную ответственность. Во что превратилась наука и технико-технологическая практика в РФ? Всем ясно. Но весьма интересна его деятельность в качестве члена Стратегического комитета (фонда Дж. Сороса). Величайшая мировая акула финансов была повержена навзничь - фонд остался без денег, а упомянутый финансовый воротила заявил публично - "с этими ребятами в России я работать не буду, и никаких денег больше не дам, а фонд ликвидирую". Всякая иная деятельность Б.Г.Салтыкова (депутат ГД, председатель и член ряда комиссий по науке, культуре, образованию, малому бизнесу и, что удивительно, по "социальным вопросам помощи военнослужащим и членам их семей!!!" заканчивалась аналогично. То есть с отрицательной общественной пользой в финале. Его самая существенная научная книга "Наука в экономической структуре народного хозяйства", М, 1991г. произвела на меня двойственное впечатление. Это контент без шейпа, и шейп без контента.

И что поразительно. Б.Г.Салтыков соруководитель рабочей группы(?) по разработке долгосрочного прогноза научно-технологического развития Российской Федерации на период до 2025 года! Это уже нечто вызывающее, если использовать нормативную лексику.

Лично для Б.Г.Салтыкова. Глубокоуважаемый Борис Георгиевич! Ваши текущие учёные заботы и праведные труды для будущего напрасны. По нашим, весьма обоснованным прогнозам (опубликованы в 2004 году), к 2015 году Россия получит вассальный государственный суверенитет (государственный вассалитет) и нужда в ваших прогнозах отпадёт. Это обеспечено прошлой государственной деятельностью Вас и Ваших коллег. И весь прогноз будет упираться в то, что будет угодно закордонному суверену. И опять всего на несколько лет, до окончательного национально-государственного расчленения России. Оно неизбежно. Такая Россия, какую вы со товарищи учредили ныне, не нужна никому. Даже нам, составляющим её гражданам. Всем неимущим, средним, а с 2008 года и очень богатым!


В состоянии ли такой административный деятель управлять национальным техническим комплексом, каким является ныне ПМ? Раз назначили управленцем, значица, как говорят в Хохломе, да. И 70-ти летний возраст здесь не предел - школа Гайдара здесь не оригинальна, её питомцы также, как в бывшем Политбюро ЦК КПСС эффективно работают до смертного биологического конца. И всё могут. И всё знают. А уж как умеют! Но в данном музейно-антикварном случае это не так. Здесь он просто непрофессионал. И не дилетант-любитель. Можно сказать музейный антикварный нуль, но я это выражение отзываю назад (до суда?) и заранее дико и публично извиняюсь за использование математического символа в тексте. Тоже и в моральном аспекте. Никогда, даже самый захудалый барыжный коллекционеришко не скажет публично на ТВ о коллекционном предмете в подвалах ПМ, как о ржавой железяке. Коленчатый вал середины ХIХ века, который попался на Ваш ревизионный взгляд, есть сгусток науки и техники, каким стало человечество к тому периоду. Меня это Ваше квалификационное заключение резануло прямо по сердцу, но и я неправ - от Вас требовать научно-технических и музейных знаний нельзя - Вы ими не владеете. Вы думаете иначе? Согласен вместе с Вами явиться на любую учёную комиссию РАН (только не в Минкульт!) и там выяснить, кто из нас есть конкретный кто. Не советую Вам это выяснять на Интернет публике, там такие лузеры, что при общении с ними даже у меня возникает квазихолерный синдром, одновременно сверху и снизу. А что они с Вами устроят, я не берусь даже в сказке описывать!

А вот чиновничьи качества у нового директора отменные. Они сразу проявились на примере обращения коллег-музейщиков к общественности. Рятуйте, люди добрые! Вы запросили общественного участия? Нет проблем, для вас мгновенно создан общественный инструмент - попечительский совет. Он вас будет холить и лелеять. И кто глава совета? Игорь Шувалов, второе по весу лицо в Правительстве РФ. После Председателя, конечно. А члены? Бесспорно А.Б.Чубайс, Б.Г.Салтыков и некоторые другие, тоже влиятельные лица. На этом общественные дискуссии бесславно закончились. Тут не телёнок-диссидент бодался с дубом, тут горный баранчик сам подставил витиеватые рога для отпиливания неким молотобойцем Анатолием и его на всё способным подмастерьем. Простите-с, энто намалёванная мною аналогия-с. Нетути у меня художественной выучки-с!


Теперь вернёмся обратно к концептуальным деньгам в сумме 300 000 американских рублей (казённых?), выброшенных Роснано на выработку концепции развития ПМ, то есть к тому, как покороче и побыстрее закинуть ПМ и ЦПБ за МКАД. Понятно, что сторонников такого развития можно найти исключительно за океаном. Лучше в США. Там музеи круче. И это правда. Но, как и почему они являются примером для мирового музейного развития? Возьмём Национальный музей радиоэлектроники и компьютерных технологий в Калифорнии, рядом с легендарной Кремниевой долиной. Это фантастический по объёму комплекс с единственной общенациональной идеей - мы, американцы, лучше всех в мире, мы имеем самую совершенную науку, мы имеем самые совершенные в мире технологии. Вот наши национальные герои, начиная с Эдисона и Зворыкина и заканчивая Шокли и Гейтсом. И на это ежегодно отпускается 110 млн. долларов, причём деньги идут от всех - правительства (самая малая часть), муниципалитетов, крупнейших корпоративных монстров и мелких компаний в три человека. И отдельных очень обеспеченных лиц. У нас для ПБ и ЦПБ 1,5 млн. долл. Но только от казны. И через девичий фильтр Минкульта. Прочувствовали разницу?

Поэтому никакой американский музейный проект, не говоря о концепции, у нас не проходит. Обращаться следует к нам. Во всяком случае, к тем, кто за эти позорные для национального сообщества великой страны годы сумел создать что-то, в музейном деле в частности. И мы люди не корыстные и не продажные. За свою нацию, за свои идеи, за свой проект мы с вас денег не возьмём!

Сразу определимся, что такое нация и национальный, этнос и этнический. Без этого мы уйдём в никуда - в политические тернии. До сих пор нас терзают в сети за словечко национальный в нашем наименовании. Как мы определяем это в Национальном Музее Радио?



следующая страница >>