shkolageo.ru 1 2 ... 28 29

Станислав Гроф


Зов ягуара


Предисловие


Почти полвека назад яркое переживание, продолжавшееся всего несколько часов, изменило всю мою личную жизнь и научную карьеру. Я, тогда молодой врач-психиатр, несколько месяцев назад окончивший медицинский институт, вызвался участвовать в эксперименте с ЛСД-25. Замечательные психоактивные свойства этого вещества обнаружил в начале 40-х годов 20 века швейцарский химик Альберт Хофман, работавший в фармацевтической лаборатории фирмы «Сандоз» в Базеле.

Чтобы мой руководитель допустил меня к участию в эксперименте, мне пришлось согласиться на электроэнцефалографическое исследование перед сеансом, во время и после него, которое сочеталось с воздействием яркого света, пропущенного через стробоскоп. В то время эта процедура, называемая «ускорение» или «подгонка» мозговых волн, представляла для моего руководителя особый интерес. Ее цель — выяснить, до какой степени воздействие оптических или акустических частот может оказывать влияние на мозговые волны.

Этот опыт, особенно его кульминационный период, во время которого я испытал потрясающее и непередаваемое переживание космического сознания, на всю жизнь пробудил во мне интерес к необычным состояниям психики. С того времени моя клиническая и научная деятельность в основном сосредоточилась на систематическом исследовании этих состояний в свете их терапевтического, преображающего и эволюционного влияния на человека. Эти четыре с половиной десятилетия, посвященные исследованиям сознания, стали для меня увлекательным, полным открытий приключением, позволившим открыть самого себя.

Примерно половину этого времени составило лечение психоделическими веществами, сначала в Чехословакии, в Пражском научно-исследовательском институте психиатрии, а потом в Соединенных Штатах, в Мэрилендском научно-исследовательском центре психиатрии в Балтиморе, где мне несколько лет довелось возглавлять последнюю из уцелевших в США программ исследований психоделических веществ. С 1975 года я работаю с холотропным дыханием, мощным методом психотерапии и самоизучения, который я разработал вместе со своей женой Кристиной. На протяжении многих лет я также поддерживаю людей, переживших эпизоды расширенного сознания — психодуховного кризиса или «духовного обострения», как называем их мы с Кристиной.


Общим для всех этих трех ситуаций является то, что они включают необычные состояния сознания или, более конкретно, их важный подвид, который я называю холотропным. При лечении психоделиками эти состояния вызывают, давая пациентам изменяющие сознание вещества, в том числе ЛСД, псилоцибин, мескалин и триптамин, или производные амфетамина (например, ДМТ и экстази). При работе с холотропным дыханием для изменения сознания используют сочетание учащенного дыхания, возбуждающей музыки и физических упражнений, способствующих высвобождению энергии. При духовных обострениях холотропные состояния часто наступают самопроизвольно, посреди повседневной жизни, и причины их обычно неизвестны.

Вдобавок я время от времени соприкасаюсь со многими дисциплинами, которые прямо или косвенно связаны с холотропными состояниями сознания. Во многих древних и доиндустриальных культурах были развиты «священные технологии» — безопасные и действенные методы, позволяющие вызывать эти состояния, которые использовали в духовной жизни и ритуалах. Я участвовал в священных обрядах туземных народов в разных частях света, встречался с североамериканскими, мексиканскими и южноамериканскими шаманами и обменивался информацией со многими антропологами. Кроме того, я поддерживаю тесные связи с представителями разнообразных духовных дисциплин, в том числе випассаны, дзэн-буддизма и буддизма Ваджраяны, сиддха-йоги, тантры и христианского ордена бенедиктинцев.

Среди моих друзей есть ученые, стоящие у истоков исследований, изучающих случаи похищения людей НЛО, — удивительной группы переживаний, которые ставят перед миром западной науки серьезные задачи. Я сам встречался со многими жертвами таких похищений.

Еще одна область, которой я уделяю много внимания, — танатология, молодая дисциплина, изучающая переживания на пороге смерти и психологические и духовные аспекты смерти и умирания. В конце 60-х — начале 70-х годов прошлого века наша мэрилендская группа осуществила большой проект по исследованию последствий психоделической терапии у пациентов, умирающих от рака.


Мне посчастливилось лично знать некоторых великих экстрасенсов и парапсихологов нашей эры, пионеров лабораторных исследований сознания, и работать с ними, а также психотерапевтов, которые разработали и практиковали мощные формы экспериментальной психотерапии, вызывающей холотропные состояния сознания. Важно отметить, что мой интерес к холотропным состояниям сознания не является чисто профессиональным. На протяжении этих лет я много раз лично переживал эти состояния в разных условиях: в лабораторных и клинических экспериментах с психоделиками, а также при личной встрече с этими замечательными веществами во время сеансов холотропного дыхания, в различных туземных ритуалах и в духовной практике.

Свои переживания я описал в научных статьях, книгах, материалах семинаров и лекций. Как психиатр, клиницист и ученый я интересуюсь в первую очередь целительными возможностями холотропных состояний сознания и их эвристическим потенциалом — теми задачами, которые они ставят перед нашим пониманием человеческой психики, эмоциональных и психосоматических нарушений и даже природы реальности. Однако из-за сильных артистических наклонностей меня с самого начала увлек зрительный аспект холотропных состояний, и за эти годы я собрал сотни замечательных картин, которые их изображают.

Мой художественный интерес к холотропным состояниям получил сильный толчок в 1982 году, когда мы с Кристиной встретились с Дагласом Трамбаллом, постановщиком спецэффектов, который вместе со Стэнли Кубриком работал над фильмом «Космическая одиссея 2001», а также ставил спецэффекты для фильмов «Штамм “Андромеда”», «Бегущий по лезвию» и «Ближний бой». В то время Даг собирался ставить на студии Метро Голдвин Майер научно-фантастическую ленту под названием «Мозговой штурм», в которой задумал использовать все лучшие спецэффекты, доступные в то время, а также открытия современных исследований сознания, чтобы изобразить переживания умирающего. Состав исполнителей был звездный, в том числе Натали Вуд, Кристофер Уокен, Луиза Флетчер и Клиф Робертсон.


Даг услышал, что у нас есть набор аудио-видеослайдов под названием «Сокровенное путешествие», в котором изображается переживание психодуховной смерти и нового рождения, и захотел его посмотреть. Эти слайды ему очень понравились, и он пригласил нас обоих поработать специальными консультантами на съемках «Мозгового штурма». По этому случаю мы провели в Эсаленском институте в Биг Суре, Калифорния, сеансы холотропного дыхания с актерами и другими членами съемочной группы. Мы сделали это в ответ на предложение режиссера и продюсера, которые пожелали, чтобы все участники картины воспользовались такой уникальной возможностью и лично пережили необычные состояния сознания, поскольку в этом фильме им отводилось важное место.

Первоначальное намерение — использовать лучшие из доступных в то время спецэффектов и научные сведения из области необычных состояний сознания — не удалось воплотить из-за безвременной трагической смерти Натали Вуд, после которой МГМ лишила группу финансовой поддержки. В результате этих трагических обстоятельств у режиссера не хватило денег, чтобы точно и с высоким качеством воспроизвести холотропные состояния — ту часть фильма, которая нас больше всего интересовала и затрагивала.

Со времени этого увлекательного, но неудачного эксперимента я с большим интересом наблюдаю быстрый прогресс в области техники спецэффектов. На меня производят глубокое впечатление ее поразительные достижения и захватывают ее колоссальные возможности. В то же время меня столь же глубоко разочаровывает тот факт, что ее используют почти всегда для того, чтобы изображать сцены насилия и разрушения.

Я убедился, что природа спецэффектов и качество, ставшее доступным в последние годы благодаря успехам компьютерной графики, могли бы открыть совершенно новую, захватывающую страницу в кинематографии. У меня нет сомнений, что благодаря союзу исследований сознания, трансперсональной психологии и современной техники спецэффектов можно не только убедительно передавать на экране мистические переживания, но, возможно, и позволить многим зрителям по-настоящему их пережить.


Я совершенно уверен, что кинофильмы, использующие такой подход, могли бы оказывать энтеогенное воздействие, то есть вызывать духовные переживания (буквально «пробуждать в душе божественное»). Таким образом, они вышли бы за границы просто развлечений и стали важным средством преображения и эволюции сознания как отдельно взятого человека, так и широких масс.

Такова была, вкратце, цепочка событий, побудивших меня взяться за «Зов ягуара». Я решил испытать себя в том, чем еще никогда не занимался: изложить результаты своих исследований сознания в виде научно-фантастического романа. Моя книга отличается от других образцов этого жанра тем, что в ней действие завязано на событиях, происходящих в мире сознания. Хотя в сюжете присутствует описание техники будущего, ей отводится второстепенное место.

Думая о последующей экранизации, я включил в повествование яркие описания различных холотропных состояний — шаманских, психоделических (вызванных волшебными грибами и «жабьим» эликсиром), наступающих при работе с магическими кристаллами и зрительными эффектами и связанных с путешествиями через гиперпространство. Все эти переживания, вошедшие в роман, не являются плодами моего воображения — это точные описания холотропных состояний, которые я наблюдал у других и пережил сам. Точно так же влияние этих переживаний на героев — не плод вымысла и поэтическое допущение, а реалистическое изображение, основанное на подлинных наблюдениях.

Многие годы я выступал с лекциями, рассказывая о результатах исследований сознания и трансперсональной психологии. Работая над «Зовом ягуара», я часто использовал роман как контекст для изложения сведений, почерпнутых из исследований сознания и трансперсональной психологии. Описания необычных состояний и отрывки, в которых раскрываются новые идеи, несколько замедляют ход повествования, но я уверен, что они могут представлять большой интерес для читателей, интересующихся глубинной психологией и человеческим сознанием.


Я понимаю, что для того, чтобы книга отвечала критериям современной научной фантастики, нужно будет сократить некоторые мистические эпизоды и дидактические отрывки. А если когда-нибудь встанет вопрос о киносценарии, разумеется, придется пойти на еще более радикальные изменения. Тем не менее я решил сначала опубликовать развернутый вариант книги, потому что уверен: многим читателям, особенно исследователям сознания, искателям духовности и «психонавтам», она может быть интересна в нынешнем виде. Похоже, так же думал и мой друг и коллега Владимир Майков, когда предложил опубликовать русский перевод этой первоначальной версии романа.

Если говорить о главной идее «Зова ягуара», то это мысль о том, что современный глобальный кризис имеет глубокие психодуховные корни и его не удастся разрешить без глубокого внутреннего преображения человечества. Я твердо убежден, что наиболее вероятный механизм, способный произвести столь глубокую перемену, — это холотропный опыт, приобретенный значительной частью населения Земли («переживания Омега», как называет его Кеннет Ринг).

Трансперсональная психология, новая дисциплина, делающая попытку соединить духовность, психологию и трезвый научный подход, стала источником важных фактов, которые позволяют предположить, что тяга к запредельным переживаниям и их поиск — сильнейшие движущие силы человеческой психики, гораздо более мощные, чем сексуальное влечение, которое ставит во главу угла традиция психоанализа. В свете этих фактов духовность — это подлинное, законное и полностью оправданное отношение к жизни. Древние и туземные культуры полностью осознавали важность духовного измерения и отдавали ему должное в шаманских ритуалах, пороговых обрядах, мистериях смерти и перерождения и разнообразных духовных практиках.

Утрата духовности, характерный признак промышленной цивилизации, создает серьезные последствия для жизни человека, а также для человеческого сообщества в целом. Она выливается в насилие, ненасытную алчность, отчужденность, эмоциональные и психосоматические расстройства и равнодушие к природе и экологическим законам. Есть веские основания считать, что современный глобальный кризис, который угрожает уничтожить жизнь на нашей планете, отражает состояние эволюции человеческого сознания и что глубинные его корни — психодуховные. До сих пор политическими, военными, дипломатическими и экономическими санкциями не удалось достичь долговременного положительного результата, а во многих случаях они создали больше проблем, чем решили.


Наблюдения, свидетельствующие о том, что необычные состояния сознания могут вызывать глубокие благотворные изменения личности, неоднократно подтверждались различными видами современных исследований сознания, в числе которых танатология (молодая научная дисциплина, изучающая смерть и умирание), исследования медитативных состояний, экспериментальная психотерапия, психоделические исследования и эксперименты с техникой обратной связи и ограничением внешних раздражителей.

Наступающие в итоге изменения включают уменьшение агрессивности и алчности и пробуждение любви, сострадания и духовности, которые являются всеобщими, неизбирательными и всеобъемлющими. К тому же хорошо известно, что мистические состояния могут вызывать глубокие изменения в системе ценностей, приводить к резкому увеличению экологической чуткости и внушать тревогу за будущее нашей планеты.

Новые наблюдения показывают, что традиционные психологи делают серьезную ошибку, видя в мистических состояниях проявления психоза, а значит, симптомы душевного заболевания. При правильном понимании и подходе мистические состояния несут в себе глубокие терапевтические, преображающие и даже развивающие возможности. В романе символом духовного пробуждения большого количества людей становится таинственное воздействие древнего магического черепа, найденного во время раскопок города майя. Это точная копия человеческого черепа в натуральную величину, выполненная из горного хрусталя. Соприкасаясь с черепом, его голографическим или компьютерным изображением, люди переживают сильные изменения в сознании.

Этот образ артефакта доколумбовой эпохи, вызывающего изменения в сознании, отнюдь не случаен. Он навеян необычайным воздействием, которое оказывал так называемый череп Митчеллов-Хеджесов, подлинное произведение майя. Страницы книги, посвященные черепу Митчеллов-Хеджесов, его воздействию и его истории, основаны на фактах, описанных в нескольких книгах и многочисленных статьях. То же самое относится и к фрагментам, посвященным его владелице Анне Митчелл-Хеджес и его хранителю Фрэнку Дорланду. Этот череп, окруженный ореолом тайны, вызвал множество догадок относительно его происхождения, возраста, способа изготовления и поразительного воздействия на человеческую психику. В 70-е годы 20 века он привлек внимание многих ученых, журналистов и писателей.


Личные свидетельства людей, которые соприкоснулись с черепом Митчеллов-Хеджесов, подтверждали, что он оказывает глубокое воздействие на сознание. Согласно этим показаниям, многие люди, которые находились некоторое время рядос с черепом, в результате его воздействия пережили яркие необычные состояния сознания, в том числе мистический экстаз, видения, экстрасенсорные явления, пробуждение кундалини и эпизоды паранойи. Влияние черепа, описанное в «Зове ягуара», имеет ту же природу, но отличается большей силой и быстротой.

В 70-е годы, после того как до меня дошли слухи о свойствах черепа Митчеллов-Хеджесов, я побывал в Милл-Вэлли у его хранителя Фрэнка Дорланда и услышал его собственные впечатления. Дорланд считал воздействие черепа «ошеломляющим» и «сверхъестественным» и после некоторых размышлений решил вернуть его госпоже Митчелл-Хеджес, которая в то время держала мотель в Китченере, Онтарио.

Завороженные рассказом Фрэнка Дорланда, мы с братом Полом договорились встретиться с госпожой Митчелл-Хеджес в Канаде и провели день в ее мотеле, слушая ее рассказы. Мы узнали, что незадолго до нашего приезда она подарила череп Музею американских индейцев в Нью-Йорке, где, насколько я знаю, он с тех пор и находится. Госпожа Митчелл-Хеджес пришла к выводу, что этот предмет обладает слишком большой силой, чтобы находиться в чьей-то личной собственности, а потому должно иметь безличного владельца.

Еще один аспект этой книги, заслуживающий особого внимания, — присутствие в ней темы похищения людей НЛО. С тех пор как в 1947 году неопознанные летающие объекты дискообразной формы были впервые замечены близ горы Рэйнер в Орегоне, НЛО, встречи с ними и похищения людей инопланетянами стали самыми загадочными и противоречивыми явлениями нашего времени. После многолетних исследований вдумчивые ученые, в том числе Жак Валле и психиатр Джон Мак из Гарварда, пришли к выводу, что мы имеем дело с фактами, которые отражают истинные «аномалии» и бросают серьезный вызов нашему устоявшемуся представлению о реальности.


Кроме чтения литературы об НЛО и изучения воспоминаний о похищениях, всплывающих во время сеансов психоделической терапии, холотропного дыхания и духовных обострений, у меня была возможность не раз обсудить эти явления с Джоном Маком, который на счастье оказался моим близким другом. Я убежден, что две гипотезы, допускаемые материалистической наукой, — галлюцинации душевно больных людей и ошибочное восприятие и толкование природных или рукотворных объектов — абсолютно не способны объяснить природу этих загадочных явлений.

В «Зове ягуара» я сохранил все важнейшие элементы рассказов об НЛО, принадлежащих исследователям и жертвам похищений: яркий свет, телепортация, вводимые через нос имплантанты, нападение похожих на насекомых существ, генетические эксперименты и т. д., — но сделал этих пришельцев путешественниками из далекого будущего нашей собственной планеты (отстоящего от нас лет на триста).

В это время над судьбой Земли нависла серьезная угроза. Мы становимся свидетелями напряженных событий, ранее неведомых истории. На карту поставлено не что иное, как будущее человечества и других населяющих Землю видов. Если мы будем и впредь идти столь же разрушительным и саморазрушительным курсом, все живое на планете может погибнуть.

В «Зове ягуара» я выразил свою искреннюю надежду на то, что глубокое психодуховное преображение человечества, которое я, серьезно занимаясь исследованиями холотропных состояний сознания, уже давно наблюдаю во многих людях, могло бы обратить вспять это опасное движение и помочь нам миновать трудный тупик на пути эволюции.



следующая страница >>